Показать на карте
Выборы
206 0 1
Пост

Михаил Матвеев

Лилия Шибанова, "Голос": Чего ждать в день выборов?

Текст

Судьба Лилии Шибановой замечательно иллюстрирует происходившее в России последние годы. Глава ассоциации "Голос" - организации всероссийского масштаба по наблюдению за выборами и член президентского Совета по правам человека - после скандальных выборов 2011, последующих протестов и их подавления была вынуждена покинуть Россию. Ее имя вошло в составляемые провластными хунвейбинами списки "врагов России", ее снимали с поезда и обыскивали, "Голос" объявляли иностранным агентом и душили штрафами. 

От Лилии можно было ожидать разочарования в стране и неверия в возможность изменений к лучшему в обозримой перспективе. Но в своем интервью Activatica.org она она выразила уверенность, что выборы еще могут принести немало интересного, и надежду  - что "новый курс" избирательной комиссии осложнит жизнь фальсификаторам. Лилия призывает идти голосовать - и, разумеется, не забывать сообщать о нарушениях.

Михаил Матвеев (ММ), Activatica.org: Насколько я знаю, «Голос» был в России объявлен «иностранным агентом», а Вам даже пришлось покинуть страну…Какая теперь ситуация с наблюдением на российских выборах: остался ли кто-то, кто будет честно наблюдать?

Лилия Шибанова (ЛШ), движение "Голос": Да, остался! Мы работаем сейчас, и есть много организаций и движений отдельно. Движение не зарегистрировано официально, но тем не менее это самая интересная инициатива, которая сейчас действует в регионах, и действует очень активно. … Мы планируем наблюдение в 40 регионах, и здесь все будет зависеть от волонтеров. Набор волонтеров продолжался в течение всего этого года. Несмотря на все сложности, мы надеемся, что наблюдение в день голосования состоится.

ММ: Понятно, спасибо! Но выборы – это не только само голосование, это еще и предшествующая агитация, доступ к СМИ и так далее. У вас, наверное, уже какая-то картина сложилась: эти выборы отличаются от того, что было раньше, в плане нарушений, использования административного ресурса?

ЛШ: Движение «Голос» уже выпустило несколько докладов. Есть доклад об агитации, о регистрации кандидатов от политических партий, об использовании административного ресурса – начиная от нерегистрации, недопуска, и, конечно, во всей красе - во время предвыборных акций. 

Я могу сказать, что эта кампания значительно отличается. Федеральная кампания велась очень вяло, серьезный всплеск был во время прймериз апрель – май, когда "Единая Россия" пыталась сделать общенародные праймериз с большим эффектом для пиара. Но, к сожалению, это для нее сказалось в очень отрицательную сторону, был очень большой антипиар, слишком много скандалов – и после этих скандалов "Единая Россия" ушла в тишину: фактически все лето кампания не велась, что-то иногда было в публичном пространстве, под телекамеры – но абсолютно вяло. Это самая вялая кампания за последние 10 лет. 

Тем не менее, последние 2 недели идет накал страстей, и вот в этом накале страстей опять проявляется очень активно и очень жестко административный ресурс: например, забирают людей на улице. В моем округе, в Самаре, такой инцидент был буквально вчера. Обычно полиция тупо, без всякого права на это забирает агитаторов на несколько часов и потом, даже не составляя протокол, отпускает. А в Самаре даже обвинили в незаконном проведении митинга, хотя там один-единственный человек раздавал листовки возле куба. Идет больше беспредел такой, я бы сказала.

ММ: С уходом Чурова вы не увидели принципиальных изменений?

ЛШ: Ну почему, по крайней мере в отношении риторики Эллы Памфиловой изменения очень заметны. То, что мы видим со стороны ЦИК – по крайней мере, публичная острастка идет постоянно, постоянно объясняется нижестоящим комиссиям, что будут серьезные разборки, если обнаружат фальсификации. Целый ряд кандидатов были восстановлены благодаря Центральной избирательной комиссии. Нет, ЦИК резко поменяла свою позицию, но надо сказать что, во-первых, возможности ЦИК  не бесконечны в отношении региональных и местных комиссий, поскольку там рулит местная администрация. Во-вторых, слишком велика привычка делать как всегда. Действительно, несмотря на то, что федеральная власть (даже не только избирательная комиссия, а вся федеральная власть!) давала понять, что скандалы им на этих выборах не нужны, региональная власть понимает: скандалы не нужны, но результаты-то нужны! И результаты пытаются выжать обычными способами.

ММ: У нас всегда было распространено выражение «Честные выборы». Но что это такое? «Честные выборы» - это просто честный подсчет голосов, или это весь комплекс – от честных СМИ с конкурентными точками зрения до честных судов, где можно оспорить, скажем, несправедливое снятие кандидата?

ЛШ: Безусловно, «честные выборы» - это целый набор институциональных правил, направленных на формирование списков, чтобы избирателю было за кого голосовать, чтобы избиратель мог слышать политическую дискуссию в ходе избирательной кампании и понимать, кто что будет делать в случае победы, и, конечно, самое главное – это честный подсчет голосов. 

Сейчас у нас выпущен очень большой серьезный доклад , он есть на сайте, где говорилось о СМИ - с 13 марта этого года, все эти месяцы мы отслеживали довольно детально присутствие всех партий на арене политической борьбы. Там хорошо видно достаточно нейтральное позиционирование СМИ в отношении политических партий, очень небольшие отклонения идут в сторону отрицательного, положительного имиджа той или иной партии. В основном СМИ описывают какие-то абсолютно процессуальные вещи – например, «партия Яблоко зарегистрирована», «партия Яблоко не зарегистрирована», «Парнас зарегистрировали, не зарегистрировали» - так далее. 

СМИ в этот раз достаточно вяло вели такую агитационную кампанию. Надо, конечно, чтобы более информационную. Я имею в виду,например, присутствие в СМИ: сравнение «Единой России» с конкурентами – «Единая Россия» присутствует ровно вполовину больше, чем КПРФ. А с «Яблоком» - она уже в 20 раз присутствует в СМИ больше. «Парнас» вообще в СМИ представлен очень плохо, в основном кампания идет в интернете. То есть различия огромные – особенно с учетом того, что агитация на федеральные выборы идет в основном через средства массовой информации.

ММ: В 2011 году было довольно большое воодушевление, люди шли на выборы. Но при этом, например, у нас в Химках видели, как наблюдателей выносит ОМОН с участков, где были фальсификации. Потом люди выходили на улицы – но фальсифицированные результаты все равно остались в силе. Есть ли какие-то аргументы, способные заставить людей идти на выборы в этот раз – ведь многие очень сильно разочарованы, на самом деле?

ЛШ: Аргументов довольно много. Избирательная кампания – это огромное напряжение политических сил страны. Это очень опасный период для власти, потому что происходит такая турбулентность. И в такой момент граждане (именно граждане!) могут показать свое отношение к власти: прежде всего, своей явкой на выборы или неявкой. Неявка – это такое пассивное, безразличное отношение к тому, кого выберут. А явка, и высокая явка – это всегда очень сильно ломает технологии, которыми выборы фальсифицируют. Я не пришел – за меня расписались. Я пришел – и подделать мое голосование будет достаточно трудно. 

Во-вторых, институт выборов – это институт становления демократии. И если мы будем пренебрегать этим институтом, то мы никогда не доживем до периода, когда демократические институты будут работать. Привычка ходить на выборы и голосовать заставляет власть понимать, что легитимность ее зависит от выборов, и никакой другой возможности получать эту легитимность у власти нет. 

Поэтому, с моей точки зрения, явка на выборы – это обязательный гражданский долг, тем более что они совсем немного требуют от гражданина. Это не выход на улицу, где тебя заберут на митинге, это не в пикетах каждый день работать или в партии… Встать с дивана и пойти проголосовать – это тот самый минимум, который обязан сделать каждый ради нормальной, демократической страны. Надежды на то, что все голоса будут зачтены правильно, что не будет фальсификации, что выдвинут тех, кого граждане реально желают видеть – ну, такой гарантии никто никогда и никому не давал. Но всегда надо пробовать,чтобы хоть когда-то получилось.

ММ: Тем не менее, понятно – и по опросам, и по настроениям – что чуть ли не большинство участников на выборы не придет. То есть стихийно сложилось движение снизу тех, кто эти выборы как бы бойкотирует и не верит, что в нынешней ситуации ими можно что-то изменить. Не правильнее ли присоединиться к этим людям – поскольку они уже не придут все равно?

ЛШ: Ну, во-первых они не бойкотируют выборы. Потому, что бойкот это кампания – серьезная, активная кампания, которая тоже должна быть на улицах: с листовками, с митингами, демонстрациями. Вот тогда это бойкот. Просто не ходить на выборы – это лень, это безразличие, пассивность, это нежелание участвовать в нормальной политической жизни. Поэтому с моей точки зрения присоединиться к толпе диванных ленивцев – способ себя оправдать, но это не метод что-то поменять.

ММ: И еще вопрос - насколько сейчас система выборов заточена на то, чтобы проходили «нужные люди»? Вот система партий – она очень удобная: можно какую-нибудь Яровую провести, даже если за нее никто и никогда не голосовал. Но сейчас мы видим довольно много ярких личностей среди одномандатников. Это недосмотр власти или какой-то хитрый план?

ЛШ: Ну, я думаю власть всегда подстраивает под себя результаты. Пройти одномандатником в Государственную думу – нужен и административный, и финансовый, и организационный ресурс. Поэтому власть рассчитывает, и правильно рассчитывает, что по одномандатным округам пройдут люди, который этот ресурс имеют. Таким образом, она завоевывает значительную часть Думы, и мы опять-таки получаем преференцию в отношении кандидатов от власти. Поэтому все продумано, я не могу сказать, что тут случайность. 

Но есть некая западня для самой власти. Во-первых, одномандатники сильнее привязаны к своему округу, то есть у них больше региональных целей, и они будут защищать интересы регионов, от которых избраны. Значит, конфликт «федералы – регионы» только усилится. А во вторых, для того, чтобы выиграть кампанию, одномандатникам надо ее вести, а это совсем не то, что заплатить за место по партспискам. Поэтому здесь будет гораздо больше ярких людей, которые будут понимать, что их все-таки избрал округ, их избрали избиратели, и этим избирателям они своим местом в Думе и обязаны… Поэтому одномандатники в Думе – не то, чтобы ярко окрашенная политическая часть, это будет скорее ярко окрашенная региональная часть, со своим видением прежде всего по вопросам социальным.

ММ: То есть такая лазейка регионам, чтобы не чувствовали себя совсем обделенными?

ЛШ: Ну это даже не лазейка, это ворота. Это огромные ворота, половина Госдумы будет от регионов, во-первых, а во вторых, естественно, в большинстве они пройдут при поддержке местных администраций, местных властей. Но им придется представлять интересы граждан, а граждане у нас преимущественно интересуются «социалкой», а не политикой.

ММ: У нас параллельно с думскими выборами идут во многих регионах выборы муниципальные. По Вашему опыту, на выборах какого уровня можно ожидать больше нарушений: муниципального или федерального?

ЛШ: Безусловно, больше всего нарушений идет на муниципальном и региональном уровне. Очень много идет заксобраний, горсоветов, где-то избираются губернаторы. Это наиболее конкурентные выборы по сравнению с думскими выборами и вот тут очень интересно бывает, например, смотреть на разницу в протоколах, когда мы видим, что число проголосовавших на одном и том же участке за губернатора и за партию в Госдуме оказываются совершенно различным. Здесь довольно интересная идет борьба, и во многих регионах она идет довольно серьезно, и это именно борьба на муниципальном и региональном уровне. Губернаторы заинтересованы в подконтрольном законодательном собрании и подконтрольной губернской думе. Поэтому здесь будут фальсификации, обязательно, по-другому у нас не умеют. Здесь будет все намного интереснее.

ММ: Ну и в заключение вопрос такой: люди сейчас будут приходить на выборы, сталкиваться с нарушениями… «День тишины» вот, например, остался перед выборами?

ЛШ: Да

ММ: Вот например кое-где под Москвой прямо под выборы проводят большую пиаровскую программу с высадкой деревьев, наверняка свезут бюджетников туда… Большие подозрения, что такие мероприятия используют для подготовки фальсификаций, для незаконной агитации. Что делать людям, если они столкнулись с фактами, которые, по их мнению, противоречат нашему избирательному законодательству?

ЛШ: Ну, во-первых, все что вы видите подозрительного, надо максимально документировать, фотографировать, снимать – и вывешивать на карту нарушений. Карта нарушений нужна затем, чтобы мы могли аккумулировать выявленные факты – и надо отдать должное избирательной комиссии, которая сейчас детально анализирует те нарушения, что попадают на эту карту, чтобы потом проверить и решить, какие меры принимать. Карта дает возможность не только посмотреть, описать и оценить, что происходит – она дает также и возможность пошевелить избирательную комиссию в принятии решений.

ММ: Если кого-то из бюджетников, например, заставляют голосовать – они могут анонимно жаловаться, или нужно обязательно назвать себя, организацию?

ЛШ: Конечно, анонимные сообщения мы тоже принимаем, но здесь нужны хоть какие-то доказательства, потому что, как понимаете, у нас очень много фейковых сообщений, и мы стараемся фильтровать их для того, чтобы сохранять достоверность того, что представляем.

ММ: А карта – это на golosinfo.org?

ЛШ: Да

ММ: Спасибо вам большое! Удачи!

Фото в заголовкеSvoboda.org

Уже следят 1

Комментарии


Связанные материалы
Пост
Дмитриев Алексей Владимирович, 27 сент. 2016 г., 18:47
Пост
Алла Че , 26 сент. 2016 г., 19:03
Пост
Чирикова, 13 сент. 2016 г., 13:32
Пост
Врански Красимир Христов, 07 сент. 2016 г., 22:49
Пост
Михаил Матвеев, 14 сент. 2015 г., 23:02
Пост
Врански Красимир Христов, 11 сент. 2015 г., 18:16
Отменить
Отменить