Показать на карте
Образ жизни
1548 0 1
Пост

Чирикова

"Я на колени не встану, я - политзаключённый"

Текст

Мне очень повезло - этот Новый год я встречала в компании с человеком-легендой - эстонским диссидентом Хейки Ахоненом. Разговор получился настолько интересным, что я решила взять у Хейки интервью. Думаю, опыт человека, победившего систему, актуален и интересен россиянам.

008c965a88d72cecb7f2b93173ed55fd.jpgФото Хейки Ахонена, Виртуальный музей ГУЛАГа

Евгения Чирикова (Е): Хейки, расскажи, пожалуйста, о своей семье.

Хейки Ахонен (Х): Моя бабушка была директором музея в Пярну. С ней произошла такая история. Однажды, во время войны в 44-ом, когда советы наступали, была бомбежка, начался пожар, она спасала имущество музея, таскала ящики с экспонатами. Советские власти дали ей медаль за отвагу в тылу. А через две недели ее осудили на 18 лет: сказали, что недостаточно хорошо спасала.

Дед был капитаном в эстонский армии, его советская власть в 41-ом расстреляла. Маму сослали. Отец был арестован в 15 лет, в 46-м году. У них была молодежная организация, которая даже ничего не успела сделать: они собирались вместе и обсуждали создание сети сопротивления. Среди них был бывший офицер, который был идеологом, его расстреляли, а остальные 12 человек получили по 10 лет - по сути не за действия, а за разговоры.

Родителей отца, и брата, и сестру тоже сослали. Мою тетю Лагле Парек, которая в независимой Эстонии стала министром, сослали, когда ей было 7 лет, в 49-м вместе с семьёй. Вместе с ней мы вели диссидентскую деятельность, и за это я получил 5 лет, а она 6.

На фото крайний справа Хейки Ахонен, посередине его тетя Лагле Парек, фото Tarmo Leek

22c2c2806a38f2cde76c5e65c4c87e96.jpgЕ: Расскажи, пожалуйста, про свою борьбу с режимом.

Х: Мы себя борцами никогда не называли, по крайней мере я. Это было скорее инакомыслие.

В Прибалтике антисоветская деятельность имела национальный уклон. Мы распространяли запрещённую литературу - самиздат, тамиздат. В Эстонии было много довоенной литературы, которая была запрещена в СССР.

Во-вторых, мы описывали случаи нарушения прав человека и находили возможность распространить информацию в западных медиа.

В-тратьих, подписывали и распространяли петиции, например, против ссылки Сахарова или ввода советских войск в Афганистан.

Когда начался Афганистан, я как раз только что вернулся из армии и понял, что участвовать в этой войне точно не хочу. Купил себе серьёзный рюкзак на раме, железную кружку и готовился уйти в лес. Мы обсуждали эту возможность с моим другом литовцем, но поняли, что со времён "лесных братьев" советская власть сделала выводы - лес был разделен на сектора и контролировался. Чтобы уйти в лес, надо было договориться с лесником, чтобы он тебя скрывал. Мой литовский друг по фамилии Шакалис в результате убежал из Советского Союза через Карелию.


290f647db5de7cabf379735a6aff4021.jpgФото: Марш за независимость Балтийских стран от советской оккупации

Е: Тебя осудили на 5 лет. Ты сидел в лагере Пермь-37. Не возникало мыслей, что зря ты сел и принял столько страданий, что на свободе был бы эффективнее.

Х: Нет, я 5 лет готовился к тому, чтобы сесть правильно, за настоящее дело. Заранее выяснил, какие порядки в тюрьме.

Сейчас в российских тюрьмах беспредела больше, чем было в Советском Союзе, хотя и тогда были пресс-камеры и пытки. Меня, к счастью, не пытали.

Мы говорили с моим товарищем-диссидентом, который тоже отсидел в советской тюрьме, о том как правильно там себя вести. Когда его посадили и требовали "правильных показаний", ему пригрозили - если их не даст, то посадят его сына. Он на шантаж не поддался, сотрудничать не стал и показания давать отказался. Сына посадили и устроили ему ужасные условия: отец был известным диссидентом и с ним плохо обращаться боялись, а сын - не такой известный, и с ним это можно было. Так что простых рецептов по поведению в тюрьме нет.

Я старался в колонии не сотрудничать и сохранять своё достоинство. Однажды нас с товарищем этапировали. Мы считались особо опасными государственными преступниками и нас перевозили в отдельном зарешеченном купе. Это был обычный вагон, просто между коридором и купе были решетки. Обычные купе были на 4-6 человек, а нас везли в купе проводников на 2-х человек как особо опасных. Дело было зимой. Вагон разгрузили, вывели 120 человек, а нас вывели последними. Смотрим, а все 120 человек стоят на коленях в снегу с руками за головой. Мне конвоир говорит: "Вставай на колени". А я ему: "Я на колени не встану, я - политзаключённый". Говорю, а сам внутренне ссутулился, представил, как он меня сейчас прикладом двинет. Конвоир удивился, пошёл к офицеру, а тот рукой на нас махнул. Так что мы остались стоять на ногах, а не на коленях.

Фото dissidenten.eu6fc55035aef421bd3dd816cc6c4cb819.jpg

Но мне повезло со временем: меня не повредили ни физически, ни ментально, по крайней мере на мой взгляд. А были и другие времена, когда человека ломали как спичку.

Мой отец старался держаться молодцом, но на него надели специальные наручники, их называли американскими, они затягиваются сильнее от удара. Его приковали к батарее, и конвоир двинул ногой по наручникам, через пять минут отец перестал чувствовать руки. Он рассказывал, что, когда его били на допросе, он готов был все рассказать, просто рассказывать было нечего, и поэтому ему дали только 10 лет. Когда через много лет он умер, следы от наручников проступили...

Вопрос правильного поведения в тюрьме очень непростой. Точно можно сказать, что системе нельзя показывать свою уязвимость, потому что тогда бить будут в уязвимое место. Чтобы не сойти с ума, можно порекомендовать то, что советовал Буковский - построить внутри себя замок. Буддисты говорят: у тебя внутри должен быть свой камень, который ты никому не покажешь. Этот внутренний замок или камень у тебя никто отобрать не сможет.

Е: Хейки, как победить систему? Я спрашиваю у тебя, потому что тебе удалось освободить свою страну от КГБшного спрута, который вот уже 100 лет держит в тисках мою страну.

Х: Здесь нет готового рецепта. Я бы сказал, что прежде чем воевать с системой, надо найти свободу внутри себя, а потом уже распространять ее на других.

Чтобы эффективно сопротивляться системе надо создавать сетевые организации, не формальные на бумаге, а реальные. Первый эшелон в этой организации - это активные борцы. Второй эшелон, те, кто помогает морально и материально. И третий эшелон - сочувствующие. Фото www.thebalticway.eu.
88d5f69d85918e106e2917b11e10ca34.jpgСочувствующие очень важны. Помню, когда я освободился из лагеря, меня нигде не брали на работу. Удалось устроиться только фрезеровщиком на фабрику, работали посменно. И однажды мой бригадир - простой русский мужик - подошёл ко мне и предупредил: "Тобой вчера чекисты интересовались, завтра опять придут". Это было так приятно, что меня предупредили! Я смог подготовиться, взял с собой маленький магнитофон для записи разговора с чекистом.

Для меня сопротивление системе началось ещё в детстве, это было очень просто. Когда ещё я ходил в начальную школу, учительница рассказывала, что советская власть в Эстонии арестовала только тех крестьян, которые поддерживали бандитов. Я у неё спросил: "Моя бабушка в деревне не жила, была директором музея, а ее арестовали. Как же так?".

Учительница на это вопрос ответить не смогла, но свою первую отметку в биографию я тогда получил.

Во время советского режима я старался с системой не сотрудничать. Например, так и не вступил в комсомол. Политрук в армии как-то меня спросил: "Сержант, а где твой комсомольский значок?". А я ему: "Я не комсомолец и в армию пошёл потому, что меня заставили, готов хоть сейчас погоны снять!".

Карьеру при советском режиме я делать не хотел. В какой-то момент даже трубочистом работал. Кстати, отличная работа - зарплата высокая, много свободного времени и конкуренция низкая, мало кто хотел работать в копоти.

Работу трубочистом совмещал со своей диссидентской деятельностью и долгое время комплексовал, что меня не арестовывают. Мне казалось, что я плохо делаю своё дело, что КГБ меня не оценивает как серьёзную угрозу, если до сих пор не арестовали. А когда арестовали, то было чувство удовлетворения - наконец-то!

Фото: w3.ee

Е: Я помню ощущение от СССР. Казалось, что это громада, что эта система останется навеки и ничего изменить нельзя. Большинство и не пыталось. Что тебе давало силы сопротивляться?

Х: Мне казалось, что Советский Союз не рухнет никогда. Конечно, все хотят жить, и люди приспосабливались. Но я для себя твёрдо решил, что участвовать не буду, это - унизительно. Отец запретил мне идти в октябрята, сам ходил в школу объясняться. В школе позже настаивали, чтобы я поступил в пионеры, я пришёл домой, начал плакать, отец говорит: "Ну хочешь - иди, мудак!". В пионеры пошёл, потому что все пошли, поддался на коллективное принуждение. В комсомол уже не пошёл.

Когда меня взяли в армию, я впервые спрятал запрещённый текст "Две тысячи слов", написанный чешской интеллигенцией после вторжения в Прагу совдепии.

Армия от тюрьмы отличалась несильно, условия были примерно одинаковыми, хотя в тюрьму ты попадаешь, потому что тебя пусть и несправедливо наказали, а в армии ты выполняешь "священный долг".

Е: А можно ли приносить посильную помощь обществу, находясь в системе? Например, мне рассказывали, что первый секретарь Эстонской ССР хоть и был коммунистом, но сделал все, чтобы Таллинн не отдать на растерзание под очередную коммунистическую стройку, он старался демпфировать приказы из Москвы.

Х: Это как нож с двумя лезвиями. Если бы пришло указание разрушить Таллинн, это бы сделали. Да, что-то могли делать. Но они ничем не рисковали. Хотя, говорят, что такие хорошие коммунисты были в Литве и они в отличие от эстонских коммунистов не допустили ввоза большого количества рабочих из России. В Эстонию завезли тысяч 300. Но всего прошло через Эстонию 2 млн. Поэтому и произошло противостояние между эстонцами и русскими.

Эстонцы смотрят на русских как на людей без корней. Потому что те русские, которые приезжали в Эстонию, были проходимцы, "бамовцы", которым все равно, где жить. И поведение у них было соответствующее, как у людей без корней. Это от них пошло такое влияние, которое сказывается сейчас на совершенно нормальных русских, которые живут в Эстонии.

А в Литве этого не было и мы гордились, что в Литве хорошие коммунисты, не допустили прихода проходимцев, в отличие от наших скользких эстонских коммунистов.

С другой стороны важно понимать цену сопротивления. Маленький народ не может позволить себе героев. Потому что героев убивают и, следовательно, исчезает часть генофонда. В больших нациях могут быть герои, потому что генофонд огромный. Малому народу надо стараться выживать. У литовцев было мощное движение "лесных братьев", они думали, что смогут победить советскую систему, в результате их потери были больше, чем у эстонцев.

Е: Что, на твой взгляд, помогло Эстонии стать наиболее успешной среди бывших республик СССР, достичь впечатляющих результатов и в экономике, и по уровню жизни, и в образовании.

Х: Во-первых, мы самые маленькие. И значит, нам больше других надо стараться выживать.

Во-вторых, во время Советского Союза у нас было финское телевидение. Мы получали правдивую информацию, это была отличная альтернатива советской пропаганде.

В-третьих, помогала эстонская эмиграция.

Е: Хейки, речь зашла про эмиграцию. Это очень актуальная тема для меня и многих моих товарищей, которые вынуждены были покинуть Россию. Как ты считаешь на примере эстонской эмиграции, могут ли эмигранты реально помогать родине?

Х: Наша эмиграция была очень сильная и сплоченная. Эстонские эмигранты очень помогали и вещами, и деньгами, и литературой. Например, когда я был политзаключённым, эстонские эмигранты помогали моей семье, моим детям.

У меня одно время даже были мысли, что если Эстония закончится из-за русификации, то эстонский народ останется, просто будет жить в разных странах, сохранит язык. Но это оказалось глупостью. Потому что, как показала практика, дети эмигрантов в третьем поколении сознательно выбирают интеграцию. Родной эстонский язык они уже не особенно хорошо знают - читать, к примеру, эстонских писателей в оригинале им сложно.

Е: Хейки, получается, что независимость помогла эстонцам сохраниться как народу, сохранить язык, культуру, традиции. Не могу не затронуть одну из самых болезненных тем в русско-эстонских отношениях - участие эстонцев на стороне немцев во Второй Мировой войне. Мне, внучке украинского партизана, это не просто понять. Правильно ли я понимаю, что это была реакция на жестокость первой советской оккупации?

Хейки: Это сложная тема. Но факт в том, что основная часть эстонцев во Второй Мировой воевала на немецкой стороне. У меня отец в 44-м в 13 лет записался добровольцем. В 44-м у немцев худо было, его записали и он даже неделю ходил на какие-то курсы, ему дали мундир. А потом узнали, что ему всего 13 лет, и выгнали к чертовой матери.

Когда мы играли детьми в войну, никто не хотел быть на стороне русских, все на стороне немцев, потому что для нас война началась не с вторжения немцев, а с вторжения русских.

fd5d7a798bf8408f8f405dcd4c2ffa7c.jpg

Е: Как ты считаешь, прошла у эстонцев ментальная боль как последствие оккупации?

Х: Нет никакой боли, эту тему сейчас уже спекулируют. Есть такая организация "Мементо", она объединяет тех, кто был сослан в 41-м, в 49-м. Один из лидеров местноий организации общества "Мементо" - бывший парторг, потому что его тоже ссылали.

Тех людей, которых сажали в годы репрессий, сажали справедливо или несправедливо, это отдельный вопрос, но за что-то. Ссылки же были нужны для устрашения, чтобы показать, на что способна советская власть. Совершенно безвинных людей везли в Сибирь, они сами не знали почему. Потом ссыльные возвращались и старались снова жить, встраиваться, кто-то становился парторгом. При этом идеологических приверженцев советской власти среди эстонцев не было, кричать "Слава Сталину" - этого у нас не было. Всех искренних коммунистов, чьими именами потом называли школы, Сталин забил ещё в 37-м году.

Некоторые наши теоретики считают, что проблемы в Эстонии из-за советского прошлого. Но это не так, наши проблемы из-за того, что любим поворовать, если это возможно. И из-за того, что в силу исторического опыта для того, чтобы выжить, мы должны были сразу быть и там, и там, и нашим, и вашим.

У меня есть друг, немного старше меня, довольно известный художник, в советское время он был непризнанный, скандалист. Про него говорили, что ему одновременно хочется быть и в подполье, и в президиуме. А для того, чтобы было больше возможностей, для этого и становились председателями колхозов или парторгами. А сегодня вдруг выясняется, что это были борцы с режимом.

Е: После обретения независимости в Эстонии проходили люстрации? Например, люди, которые работали в КГБ, могли работать в КАПО?

Х: Да могли, люстраций не было. Единственное условие - надо было дать показания о том, где работал и что делал, после этого человек начинал с чистого листа. Досье где-то лежит, но человека помиловали.

Е: Хейки, как ты считаешь - почему в России в отличие от Эстонии не удалось построить нормальное демократическое государство?

Х: Это глубинная ментальная проблема. В отличие от Эстонии, в которой на протяжении многих столетий властвовали чужестранцы - немцы, шведы, русские, у вас хозяин был всегда свой, местный. Насилие исходило не от иностранцев, а от своих же властей. Монголо-татары завоевывали ваш народ при помощи местных русских князей. Дань с народа собирали не иностранцы, а свои же князья.

Очень долго Россия находилась при феодализме. Крепостное право было и в Эстонии, но оно было отменено в 1816 году, на 50 лет раньше, чем в России, под влиянием шведских и немецких помещиков, которые стремились сами отменить крепостное рабство, потому что раб - плохой работник. Ещё тогда помещики поняли, что если человеку повесить морковку, то он побежит за ней намного быстрее, чем если его насильно принуждать.

Именно тогда были построены школы, и помещики заставляли эстонских крестьян учиться. Второе поколение уже понимало, что благодаря образованию появляются новые знания (как, например, лучше землю обрабатывать) и училось само. Таким образом к концу 19 века в Эстонии почти все население было грамотным.

Если говорить о российских проблемах, то одна из основных - внутреннее рабство. Когда я сидел в 80-е годы в лагере под Пермью, у нас было производство на котором работал прораб с воли. И я спросил у него: "Ты - молодой человек, мог бы многого добиться в жизни, почему ты работаешь здесь?". На что он мне ответил :"Я рад, что мне дают дышать". Это - психология раба.

В России мало позитива, превышена норма насилия. У меня есть чудесная история на эту тему. Одну эстонскую крестьянку сослали в Сибирь. И она завела себе корову. Местные коров не держали, считали, что нужно слишком много корма, у них были козы, которые, естественно, давали намного меньше молока. Но проблема была в том, местные просто жестоко обращались с животными, били их. А корова - животное нежное, если ее бить, она молока не даёт. И вот эстонка стала ухаживать за коровой как надо и молока стала получать много. Местные удивились, говорят: "А почему у тебя корова даёт ведро молока, а у нас - 2 литра? Может ты - колдунья?". А она им: "А может корову бить не надо?".

У эстонских крестьян было очень бережное отношение к животным. Когда у крестьян советская власть отнимала скотину, здоровые мужики плакали. Не потому, что им было жалко имущества, а потому, что они к ним относились как к членам семьи.

Е: Хейки, ты вернулся в независимую Эстонию только в 98 году, почему так поздно?

Х: Я жил за границей, работал на радио Свобода. Мне показалось, то, что я там делаю, было важнее. Эстонская журналистика тогда была совершенно паскудная, свирепствовал банальный антирусский национализм. Я переводил новости из России, Белоруссии, рассказывал, что там происходит...

Во время интервью с Хейки меня не покидало ощущение сказки с классическим хэппи-эндом, когда герой борется и побеждает. Наверное Хейки Ахонен очень счастливый: он живёт и воочию видит результат своей работы - человеческую страну, в которой приятно жить...

Документы

Уже следят 1

Комментарии


Связанные материалы
Пост
Чирикова, 17 июля 2017 г., 17:47
Проблема
25 июня 2017 г., 16:16
Пост
Олег Краснов, 02 июня 2017 г., 14:10
Пост
Алла Че , 23 марта 2017 г., 20:17
Пост
Михаил Матвеев, 05 янв. 2017 г., 15:01
Пост
Фуфаева Ирина Владимировна, 02 нояб. 2015 г., 12:56
Акция
Экологические новости, 05 янв. 2015 г., 15:26
Отменить
Отменить