Показать на карте
Права человека, Природа и экология, Образ жизни, Коррупция, Выборы, Устойчивое развитие, Качество жизни
276 1 1
Пост

Дмитриев Алексей Владимирович

Страна рабов, страна господ

Текст

Не первый уже раз в наше время звучит наблюдение: мы в Подмосковье живем в эпоху нового феодализма. В рамках классической базисной теории основное средство производства благ, основной объект оборота определяет характер отношений в обществе.

К примеру, для выстраивающегося в «загнивающем Западе» постиндустриального общества главное богатство – это светлые головы людей, которые получили образование, независимы и достаточно умны, чтобы двигать науку, изобретать, организовывать, разрешать конфликты. Но у нас в стране умные не нужны – нужны верные, исполнительные, и ничего, если при этом в меру подлые. Такова парадигма путинской России – поэтому светлые головы, взращенные нашими ВУЗами, уезжают на тот самый «гнилой Запад», чтобы приносить людям пользу там, где их труды если и не оценят, то уж, по крайней мере, не растопчут.

В индустриальном обществе, которым (объективно) был Советский Союз, главной производственной силой была промышленность. Строились десятками заводы, развивалось наукоемкое производство – уж нам ли, химчанам, этого не знать?

Но современная путинская Россия – это не Советский Союз, и ныне отдельные заводы не могут годами сбыть свою продукцию, а слышим мы о них в новостях только когда очередной горлопан на камеру кричит, что приедет с мужиками в Москву разгонять демонстрации последних оставшихся в столице порядочных граждан. Заводы простаивают, их делят между собой как добычу «сильные мира сего». Заводы «перепрофилируют» под склады и офисы.

В современной России вновь, как в дореволюционные времена, главной ценностью стала земля. Те же заводы интересны сейчас «предпринимателям» не столько потому, что могут производить некие блага, а потому, что стоят на земле, которую (после сноса завода, разумеется), можно выгодно освоить. Естественно, в полном согласии с базисной теорией, это оформляется и окаймляется идеологически. В Москве сейчас свирепствует так называемая программа строительства двухсот панельных быстровозводимых храмов «шаговой доступности». В Москве мало храмов? Отнюдь. Старые церкви и соборы, памятники архитектуры, стоят посреди столичных кварталов, осыпающиеся и зарастающие – но ремонтировать их не спешат. Не выгодно. Гораздо выгоднее выбивать лакомые куски земли под «благовидным предлогом» обеспечения духовных потребностей населения – только отчего-то наши «духовные отцы» измеряют потребность эту в квадратных метрах и кадастровых номерах.

Когда общество деградирует настолько, что уже не может извлекать пользу из стоящих на земле промышленных объектов, памятников архитектуры, даже из находящихся на ней природных территорий – тогда единственным источником выгоды, объектом интереса алчных и властолюбивых становится земля. Земельная лихорадка накрыла Московскую область, и одним из ее эпицентров стал наш город, несостоявшийся наукоград Химки. Не ценятся здесь оборонные предприятия, не ценятся природные территории, коих и осталось-то немного, не ценятся светлые молодые головы – к этим головам и их обладателям относятся с параноидальной подозрительностью. Только спорт поощряется у молодежи – спорт и нормы ГТО. Видимо, когда чиновники-управленцы движутся назад по эволюционной спирали, деградируя до помещиков, просыпающиеся инстинкты им подсказывают, что холоп и крепостной крестьянин не должен быть умен и самостоятелен – он должен быть здоров, он должен быть силен и вынослив, чтобы тянуть соху, и, самое главное, он должен быть глуп и во всем зависим от своего господина. Должен бояться всего и вся, не доверять никому (особенно людям грамотным и умным, ибо от них одна смута в умах). Должен свято верить, что положение вещей не изменить: попытайся – будет только хуже, ведь на место злого помещика придет еще более злой, и так далее. Очень удобный образ мыслей.

Губернатор амбициозно превращает Подмосковье в свое личное княжество с крепостными. Не особо таясь, раздает он земли своим ставленникам – целыми городами раздает, а вместе с землей обязательно идут люди. Появляется в каком-нибудь городском округе очередной «и.о.» – это, стало быть, испытательный срок для будущего помещика. Сумеет на вверенном наделе губернатору угодить – после самых честных и демократических выборов станет полноправным главой. Впрочем, даже такой порядок их превосходительство губернатор под свои нужды приспособили – появились новые законы и новые поправки, чтобы вообще отменить всякие выборы, ведь выборы – это западное, это демократия и крамола; у нас, в Подмосковье, в России, свои духовные ценности. Едет барин по городу в своей карете заморского пошиба да поглядывает, как земелькой своей распорядиться. Скверик с липами, говорите? Сдадим заезжему мещанину в аренду – будет магазин. Будет мещанин денежки считать и в городскую барскую казну оброк отчислять. Хорошо! Площадочка детская во дворе? Снесем площадку и дом жилой для новых крепостных построим – правда, они еще не знают, что их семьями в политических игрищах как разменной монетой играют… ну так узнают обязательно, как станут дольщиками. Лес листвою шумит? А почто барину зеленая листва на дереве, если она не обращается зеленой листвою в бумажнике? Вот и печатает местная уездная газета одно за другим объявленьица: «Предполагается предоставить в аренду участок». В лесах, на берегах рек, на газонах, в скверах, во дворах – всюду.

Есть в Химках уезд, что Сходней зовется, – там на местах, где простые люди поколениями в своих домах жили, огороды возделывали и сады сажали, барин – с губернаторского высочайшего благоволения – проектирует многоэтажные жилые высотки и чужими дачами распоряжается, аки собственными. И тоже закон принимают – в упрощенном порядке частную землю отбирать. Да и какая частная земля в нашей Подмосковной губернии? Не положено в феодальном обществе простолюдинам ничего частного, окромя собственных дырявых лаптей! Частные земли, частные дома… это все с того самого бездуховного Запада гнилью веет. Сидит в каком-нибудь Техасе фермер на своем ранчо, на одном колене любимый кот урчит, к другому любимая двустволка прислонена. И скажи ему, поди, что его землю и дом продали, и какой-то заезжий коммерсант там строительство развернет – только успеешь, что зигзагами убегать да свинцовые дробины из мягких мест выковыривать. Но то бездуховный Запад, а мы в Подмосковье, в Химках.

Потому техасские фермеры живут сами по себе, а у сходненцев дома и землю отбирают. Посулами, приказами, поджогами, угрозами.

Но подумай вот о чем, дорогой читатель: вот мы с тобой про феодализм в Подмосковье поговорили. И что? Поропщешь на власть да на свою тяжкую долю… и снова пойдешь лямку тянуть? Дескать, это все оппозиционные крамольные речи, и нас, мирных обывателей, оно не касается?

Да то-то и оно, что и касается, и не во власти дело, а в нас самих. В самоуважении, в собственном достоинстве. В Европе или в Штатах людей уважают вовсе не потому, что там такая власть – а потому, что с этими людьми по-другому не получается. Чуть что не так – сразу на улицы выходят и за свои гражданские права (еще одно либеральное словечко, да?) готовы биться с кем угодно. Выходят, спорят, говорят, договариваются и добиваются.

У нас же и голову боятся поднять. Боятся с плакатом в руках на улицу выйти – а на тех, кто выходит, смотрят, как на полоумных и невесть что о себе возомнивших.

И как, скажи мне, дорогой читатель, власть будет нас уважать, когда мы сами себя не уважаем? Заискиваем, даем «на лапу», стелемся, отмалчиваемся, одобряем, выходим по указке на барских торжествах стоять массовкой? Когда позволяем прикормленным с барского плеча подхалимам говорить от своего лица – со страниц официальных газет, на публичных слушаниях, по телевиденью.

Дело не в том, как может измениться жизнь, «если». Дело в том, какой она будет оставаться, пока мы, каждый из нас, каждый день ведем себя, как бессловесные крепостные холопы.

Уже следят 1

Комментарии


Показать все комментарии (1) Скрыть комментарии

В масштабах всей страны - то же самое, только плюс феодальный контроль над месторождениями нефти, газа и прочих ископаемых.Маркс был прав - общество определяется тем, как устроена его экономика

Ответить
Отменить