Показать на карте
Качество жизни, Здоровье, Дети
208 0 1
Пост

Тимофей Тумашевич

Полина Тумашик: Благотворительность помогает не только получателям, но и дающим

Текст

Сегодня в Петербурге награждают победителей конкурса «Петербургский гражданин 2017». В номинации «Добрые дела» одно из двух первых мест заняла основательница проекта «ДоброПочта» Полина Тумашик. Полина – настоящий мастер по настройке социальных связей и эффективному взлому недоверия и апатии. При помощи «ДоброПочты» люди отправляют открытки и письма со словами поддержки тем, кто находится в трудной жизненной ситуации, в первую очередь, больным детям и пожилым людям. Проект стал всероссийским и в 2016 году завоевал «Премию Нобеля». Также активистка создала проект «Отдохни, мама», предоставляющий передышку для мам детей с особенностями развития. Полина Тумашик рассказала «Активатике» о том, как организовать благотворительный проект, доступный каждому.d72f70df5ac72daff200f5741469259d.jpg- Полина, у вас особый подход к благотворительности. Расскажите, каков средний портрет получателя и отправителя открыток «ДоброПочты»?

- Действительно, ключ успеха нашего проекта в том, что это доступная благотворительность. В каждом из нас живет добро, просто его иногда нужно разбудить, подобрать к каждому ключик. Кто-то готов помогать финансово, кто-то может возить игрушки в детский дом, а кто-то хочет просто поделиться душевным теплом. Открытки присылают со всей России, и даже из-за границы. Люди хотят помогать, просто часто они запуганы тем, что в этой сфере много мошенников.

90% людей, которые к нам обращаются, это мамы детей с болезнями и особенностями развития, в основном, в интервале от 8 до 14 лет. Мы пишем детям и матерям, чтобы придать им сил для борьбы с недугом. Это разные диагнозы: онкология, ДЦП, аутизм. Всего у нас свыше 600 таких историй, а когда я начинала было 20.

Что касается отправителей писем, то это небогатые люди. По нашим опросам средняя зарплата участников из регионов – 10 тысяч рублей. Часто это матери в декретном отпуске, учителя, студенты. Многие из них вовлекают своих коллег. Группа самых первых добропочтальонов сделала нам подарок. Они создали книгу, которую отправляли из города в город, и каждый добропочтальон в нее что-то от себя записывал. Книга прошла 40 городов, путешествовала 1,5 года и в ней было действительно много признаний, почему для людей важен наш проект. Часто люди пишут о том, что хотят помогать, но боятся. Готовы помогать, но не финансово. Но больше всего люди пишут о том, как проект помог им найти кого-то, кто оказывает им поддержу в трудные минуты. Нужно начинать с чего-то малого. Не все готовы быть волонтёрами и это нормально.

- Мне кажется, такое общение особенно важно для пожилых людей. Вы замечаете, что их удается втянуть в проект?

- Перед 9 мая мы собирали адреса ветеранов войны. Сразу скажу – мы, конечно, не выставляем адреса на весь интернет, оберегаем от мошенников. Если к нам изначально обращается родственник ветерана, то родственник потом и получает письмо, и сам его передает. Более того, ветеранов заранее следует предупредить. Бабушки иногда пугаются, ожидают подвоха, когда им неожиданно приходит открытка из другого региона. И, что очень важно, в нашем проекте всегда есть обратная связь. Люди обязательно в ответ высылают фотографии, благодарности. И это мотивирует людей писать еще. Похожая технология написания открыток есть и у фондов. Но там люди не знают, кому именно они пишут. Им говорят: пиши просто «дорогой друг». А это тяжело. Кроме того, фонды поддерживают только определенные категории. Есть такие группы, которые вообще никому не нужны. А мы можем брать всех. У нас есть мальчик, больной буллезным эпидермолизом. Ему 18 лет, он из детского дома и ему очень нужна поддержка. Он даже участвует в нашем проекте «Отдохни, мама», хотя он не мама, конечно.

- Проект уже давно стал федеральным. А вы замечаете особенности регионов? Кто активней?

- Кандалакша! Мурманская область. И Кинешма. И даже Когалым – они 600 писем отправили на 9 мая. В одной из школ там есть очень активная учительница. Дети уже привыкли и ко всем праздникам самостоятельно пишут письма.

- Честно, не знаю сколько людей живет в Когалыме. Но наверно, 600 человек для такого города — это немало. Получается, в масштабах таких городов «ДоброПочта» это действительно заметное социальное явление?

- Да, для многих жителей таких городов это первый социальный проект, в который они вовлеклись. У нас есть девочка из глухой деревни, она сама говорит, что делать там особо нечего. А с нами она пишет письма, творит добро, чувствует, что кому-то нужна. В этом и есть смысл благотворительности, что она помогает не только получателям, но и дающим. И очень грустно, что некоторые наш проект обесценивают. Дескать, те, кто сдает кровь - это герои, а подписать «кусок открытки» - ничего не стоит. Но каждый делает, что может. Есть люди, которые как огоньки организуют вокруг себя социальные проекты. Так не гасите их.

- Тем не менее, вы говорите, что именно ваш проект для некоторых людей – это первый вход в благотворительность. Вы можете привести конкретные примеры того, как люди начинают с «ДоброПочты», а потом переходят на что-то еще?

- Ну, например, это замечательный Андрей Ахматов из Кандалакши. У меня нет полной уверенности, что до нашей акции он благотворительностью не занимался. Но за наш проект взялся очень серьезно. Вместе с семьей регулярно присылает нам отчеты об акциях. Старается подключать к подписыванию открыток артистов, которые приезжают к ним на гастроли. Там организовалось целое движение, они себя по праву называют отделением проекта. Еще пример – девочка Ксения Хайсанова. Ей 15 или 16 лет и у нее была мечта сходить со мной на фестиваль «День добрых писем», который мы организовываем третий год подряд. У нее ДЦП, но все равно у нее нашлись силы в ДК своего поселка организовать акцию «ДоброПочты». А теперь она состоит и в других волонтерских организациях и много кому помогает. Еще есть Лана Лебедева из Энгельса. Для нее «ДоброПочта» стала семьей, и теперь она готова помогать детям и на другом уровне. Подчеркну, «ДоброПочта» не собирает деньги. Но люди начинают общаться с теми, кому нужна помощь активнее. И я уверена, что кто-то деньги уже переводит, а подарки точно шлют.

- А вам удалось организовать взаимодействие с другими благотворительными организациями? Чтобы людей, которых вы разбудили «передавать», чтобы они помогали нуждающимся уже на каком-то другом уровне? И еще – есть ли взаимодействие с государством?

- Да в рамках нашей организации для волонтеров хватает работы. Мы организуем сбор вещей, подарков для пожилых людей. Не так давно мы помогали фонду «Старость в радость» по сортировке и упаковке подарков в дома престарелых. Или, например, я направила одну нашу семью сдавать кровь. А еще мы организуем специальные прямые эфиры в социальных сетях с нашими получателями. Это помогает налаживать коммуникацию. Есть много страхов, вроде «А как же общаться с особенным ребенком?», «А вдруг они что-то про меня подумают?», мы помогаем это стеснение преодолевать. Так что люди не только пишут письма, но и делают что-то другое. А что касается государства, то нет ни особой помощи, ни противодействия. Нас приглашали на несколько мероприятий. Но мы и не просим поддержки. Нам помогают частные лица, за это мы им очень благодарны.7fcde29544662d745677ef021bfed9b7.jpg- А как вы пришли к проекту «Отдохни, мама?»

- Он мне приснился. Уже 31 января этому проекту исполнится 2 года. Тогда я была просто замученной матерью полуторогодовалого ребенка. «ДоброПочта» тогда уже получила массу наград, это была история успеха, но я все равно чувствовала себя очень уставшей. И еще я заметила, что в Петербурге множеству матерей нужна помощь, а фондов, которые целенаправленно занимались бы именно этим, просто нет. Да, некоторые фонды, особенно поддерживающие детей с ДЦП, время от времени проводят досуговые мероприятия для мам, какие-нибудь салоны. Но насколько это эффективно? Это дает временную радость, нужно отдыхать. Но нам хотелось, чтобы наш проект помог матерям раскрыться, создать социально-активное сообщество мам особенных детей. И это удалось. Начинали с 20 мам, а теперь их 200 и становится все больше. На какое-то время мы даже приостанавливали набор мам. Дело в том, что для каждой участницы есть определенные бонусы, например, им дарят цветы на праздники. На это нужны деньги и наши ресурсы не бесконечны. Но нам удалось переустроить механику проекта, это очень важно. Полтора года я тащила все на себе: объединяла мам, договаривалась с партнерами. Сил становилось все меньше. И потребительское отношение некоторых мам к проекту довело меня просто до истощения. Весной 2017 года я поняла, что надо что-то делать, как-то мотивировать участниц на самостоятельное действие. Я переписала устав проекта. И теперь активные мамы, которые много делают для движения получают дополнительные бонусы. Поощряется поиск партнеров, активное ведение социальных сетей, да даже просто если мама испечет для других торт. И после этих изменений активность очень резко увеличилась. В ноябре мамы провели 50 мероприятий!

- Но все это пока петербургские мамы?

- Пока что да. Ко мне обращаются из других городов, я рассказываю людям технологию организации таких сообществ. Но лично я что-то там открывать пока не готова. Есть огромный Петербург, здесь еще полно работы. У нас в резерве 150 мам. Они тоже не обделены, участницы проекта делятся с ними оставшимися билетами. Вообще матери проявляют чудесные менеджерские качества, самоорганизуются. Но нам нужно больше финансирования. Пока деньги исходят из интернет-магазина по продаже открыток. Добропочтальоны покупают открытки по 12 рублей, но с такими суммами большие деньги заработать сложно. Еще нас поддерживает «Добрый город Петербург», оплачивает некоторые наши расходы. Но, конечно, уже хочется проект за что-то «зацепить». Если моя жизнь изменится, хочется верить, что «Отдохни, мама» не закроется. Для участниц он очень важен, мамами больше никто не занимается.

- Вы упомянули эмоциональное истощение, выгорание. Как вы с ним справились, и есть ли у вас какой-то рецепт? Это ведь просто бич всех волонтерских организаций.

- В марте будет 10 лет как я занимаюсь благотворительностью. Во-первых, не нужно стесняться обращаться к психологу. Есть замечательный проект «Вдох» Ольги Сориной. Он ориентирован именно на работу с теми, кто занимается благотворительностью. А во-вторых, надо быть умнее, не надо испытывать иллюзию, что мы теперь должны быть супергероем и отдать последние штаны. Заниматься благотворительностью нужно, когда есть избыток. Но никакая помощь не бывает слишком маленькой. Просто лично для меня благотворительность оказалась именно той сферой, в которой я раскрылась как личность. А еще – не бойтесь делегировать, не надо тащить все на себе.505534d631face5968b61d81fdc71a18.jpg

Документы

Уже следят 1

Комментарии


Связанные материалы
Пост
Лиля Моревна, 10 марта 2016 г., 22:12
Отменить
Отменить