Показать на карте
Здоровье, Правосудие
5192 0 2
Пост

Шерга Екатерина

Медицина бессильна

Текст

Когда российские врачи выкладывали в социальные сети свои фотографии с подписями «Я – Елена Мисюрина», они знали, что делали. Сложившая в стране система позволяет отправить под арест практически любого специалиста, который решается на рискованные, сложные процедуры. Гематолог Мисюрина на свободе, но ее дело не закрыто, а истории, подобные той, что произошла с ней, будут повторяться. Собственно - они уже повторяются. Ситуацию комментирует Михаил Гиляров, врач-кардиолог, доктор медицинских наук, заведующий региональным сосудистым центром Первой Градской клинической больницы имени. Н.И.Пирогова.

87cd0785177778d3352bc8be6ac558bb.jpg

- Михаил, ты наблюдал за своей этой историей изнутри врачебного сообщества. Что ты можешь сказать о реакции российских медиков на приговор Елене Мисюриной?

- Эта история, конечно, всех нас объединила небывало. Все поднялись на ее защиту в едином порыве, от мала до велика. Тут и социальные сети огромную роль сыграли. Люди фотографировались толпами. На страницах больниц – официальных страницах! - появлялись призывы: «Свободу Елене Мисюриной!» Главные врачи, (и наш, кстати, тоже одним из первых), высказывались по этому поводу.

- Причем это было не только в Москве, но и во множестве других городов от Ростова на Дону до Хабаровска...

- Даже в Казахстане, в Белоруссии люди выступали с какими-то словами поддержки. Я понимаю, ценность петиций на change.org невелика. Но все-таки – за три дня семьдесят тысяч человек подписало. Это о чем-то говорит. Профессиональное сообщество очень хорошо себя проявило. Это оказалось неожиданностью, потому что раньше его как будто и не было. Первый на моей памяти случай, когда люди так объединились.И я не припомню, чтобы власти на уровне вице-мэра огромного города объявили о своей поддержке протестов и требовали пересмотра приговора (Заместитель Собянина по социальным вопросам, заслуженный врач России Леонид Печатников назвал приговор Мисюриной «чудовищной судебной ошибкой» - ред.). Общественное мнение было однозначно на ее стороне. Врачебное - точно.

- А с противоположным мнением приходилось сталкиваться?

- Конечно. Говорили: «Ну как? Он же умер, значит она виновата». Но это было мнение именно обывателей, а не врачей. Тут, конечно, наша доблестная пресса создала образ медика. Хотя и сами медики повод давали.

085e20f36cb3a95da0765b9faa87bceb.jpg

- Но тем не менее рано так уж радоваться. Это еще не финал. Был такой итальянский фильм про мафию «Следствие закончено – забудьте». А здесь еще даже следствие не закончено.

- Даже если в конце концов Мисюриной дадут условный срок, все равно в этом не будет ничего хорошего. В особенности если добавят запрет, допустим, заниматься врачебной деятельностью. Когда врачей уголовным судом судят за осложнения, это неправильно. Получается, что каждый рискует.

- И еще момент, который нельзя сбрасывать со счетов – люди станут бояться делать сложные, опасные операции. Пусть больной пациент умирает в больничной палате в результате консервативного лечения, а еще лучше – у себя дома. За несделанное человека сложно судить. Это - с одной стороны. С другой – профессия врача массовая, а человеку свойственно ошибаться. Все бывает – и тампон в ране забудут и не ту ногу начнут отрезать.Когда вообще не предусмотрена ответственность – это плохо.

- Да. И во всем мире она есть. Только она носит не уголовный, а гражданско-правовой характер. В этом есть большая разница: гражданскую ответственность, как известно, можно застраховать, а уголовную нельзя.

- То есть в Европе, в США врача вообще нельзя судить уголовным судом и посадить в тюрьму?

- Судить можно, только если доказано, что он действовал с умыслом. Например, цианистый калий подмешал в лекарство. Или оперировал в пьяном виде. Или аборт делал на дому вязальной спицей. А у нас, даже если у пациента анатомия была нестандартная, и сосуд оказался не там, где надо, пострадавший или его родственники идут в прокуратуру или следственный комитет и пишут заявление: «Прошу покарать». И те, значит, начинают карать.

- А как правильно? Куда надо идти по уму?

- Нанять адвоката, и это адвокат подаст иск в суд в отношении конкретного врача. И дальше попытается в суде…

- Но тоже получается суд.

- Нет! Там суд не уголовный, а гражданский. Кроме того, часто такие споры решаются в досудебном порядке. В США, к примеру, очень многое регулируется профессиональным сообществом. После окончания резидентуры каждый врач обязан получить сертификацию по своей специальности – так называемую Board Certification. Для этого он должен выдержать экзамен, который принимает комиссия, состоящая из уважаемых в своей среде профессионалов. Именно они решают, принять или нет его в корпорацию офтальмологов или кардиологов. Сдав экзамен, он получает официальное право лечить. И потом раз в десять лет должен это право подтверждать.88d2b491c46f3ac0763540042bd85782.jpg

- А что это за сообщество? Подобие профсоюза?

- Не совсем. Профсоюз медиков у них тоже есть, но это - другое. Это некая общественная организация. Она же разбирает разного рода конфликтные ситуации или ошибки. Именно это сообщество решает, действительно ли состояние пациента ухудшилось из-за тех манипуляций, которые произвел врач. И если это так, то страховщики выплачивают компенсацию. Другое дело, что если подобных случаев много, каждый раз врач должен платить за страховку дороже. И рано или поздно страховая компания просто откажется заключать с ним договор. Хотя тут все очень зависит от конкретной специализации. Если это, условно говоря, рентгенолог – у него один уровень риска. А если хирург в emergency - то совершенно другой. И количество исков не всегда характеризует врача как плохого. Вполне возможно, что он просто берется за более тяжелые случаи.

- Как в случае с Мисюриной. Ведь эту операцию она делала тяжело больному человеку с целым букетом тяжелых диагнозов: рак, диабет.

- Елена Мисюрина должна быть, по идее, полностью оправдана. Ее судят за то, что она не совершала. Проведенная следствием экспертиза вызывает много вопросов. Суду не удалось доказать прямой причинно-следственной связи между этой трепанобиопсией и смертью. Почему в деле не фигурирует клиника МЕДСИ, где пациент пролежал целых три дня, где ему сделали полостную операцию? Ты прости мой вульгаризм, но знаешь - кто последний, тот и папа. И умер пациент в результате продолжающегося кровотечения. Можно было специальную гематологическую бригаду вызвать. Но этого не сделали и следствие этим не интересуется. Почему? Можно только догадываться. А виновного надо найти. И им оказывается Елена Мисюрина. Дело тянулось с 2013 года. Левой ногой как-то расследовали. Потом у них стал выходить срок давности. У них была статья – причинение смерти по неосторожности, статья 109. Ну и, наверное, с них стали спрашивать насчет раскрываемости медицинских преступлений. Статью быстренько переквалифицировали в более тяжёлую, которая позволяет срок давности увеличить. Позиция следователей понятна – они честь мундира, ложно понятую, защищают. Но если Следственный комитет будет пытаться навести порядок в медицине без мнения профессионального сообщества, то у нас таких историй будет все больше.

- То есть должно появиться это профессиональное сообщество.

- Да. И оно должно не только защищать, но и само судить врачей строго. Но непонятно, как оно возникнет. У нас есть профессиональные объединения врачей по специальностям. Сообщество кардиологов, например. Но это не совсем то. Они организуют семинары, конгрессы. Публикуют рекомендации по лечению такого или иного заболевания. То есть у них учебные функции.

78c6e63fbb10676c055c01afc0490b41.jpg

- Кстати, профсоюз медиков существует?

- Да. Но я, например, не являюсь его членом. И никогда не был. Как правило все эти профсоюзы, гильдии, лиги и так далее возглавляют либо жулики, либо откровенные фрики. Потому что люди, которые занимаются делом, у них времени свободного нет.

- Значит, дело в отсутствии лидеров и традиций?

- Не только. Государство не готово делегировать свои полномочия такому сообществу. У нас власти предержащие боятся всяких объединений граждан. А такой активности точно испугаются, даже на профессиональной основе.

- Наверняка историй, подобных той, что была с гематологом Мисюриной, по всей стране много. Только к ним не привлечено столько внимания.

- Вот в Хабаровске держат под домашним арестом трех сотрудников Центра сердечно-сосудистой хирургии. У них за два года умерло шесть больных - тяжелых, после операций. Следствие утверждает, что причиной смерти стала внутрибольничная эпидемия. У арестованных врачей в квартирах проводили обыски. Можно подумать, что у них дома ампулы с ядом и они его разливали по больничным коридорам…

На этом фоне особенно цинично прозвучало недавнее решение Пленума Верховного Суда, призвавшее не наказывать судей за их ошибки. Потому что работа у них сложная. Много всяких проблем. Надо эти ошибки разбирать, тщательно анализировать, а наказывать за них нельзя.

То есть судей нельзя, а врачей можно. Хотя и там, и там люди, а человеку свойственно ошибаться. А цена судейской ошибки не намного меньше, чем врачебной.

Фотографии флешмоба #ЕленаМисюрина взяты с сайта http://misyrina-help.ru

b5081382dfd109cd09af2283e57344d8.jpg

Наш канал в Telegram - подписывайтесь, чтобы быть в курсе проблем, акций, новостей и аналитики из мира гражданского активизма

Документы

Уже следят 2

Комментарии


Связанные материалы
Пост
Чирикова, 30 окт. 2014 г., 14:21
Отменить
Отменить