Показать на карте
Политика, Выборы, Права человека
2849 0 1
Пост

Шерга Екатерина

Каша - тут! Президент - там!

Текст

Странная толпа идет в час дня по перрону метро «Площадь Революции». Группа людей, человек тридцать, явно организованная. Похожи на туристов, но те обычно следуют за гидом и держатся более компактно. Впрочем, ясно кто это. Трудовой коллектив идет в «Лужники» на митинг-концерт в поддержку кандидата в президенты Владимира Путина.

Все вместе залезают в вагон метро.

- Ну как, готовы к битве?

- А что за битва?

- Автографы будем брать. У Путина. Бухать потом пойдем. Наше МГБУ - это же мастодонты! Эх жизнь-жестянка, такая джага-джага будет, мама не горюй!

- Вот так вот и живем, да. И нормально живем!

- Но мало платят.

- Но разве нам много надо, да? Я, как Герасим, на все согласен. Что скучаешь? Достань фляжку! За нас! Кто не пьет, тот выходит. И вы пейте, Любовь Михайловна.

- Я не могу, - раздается голос из глубины вагона. – Я обязана быть сзади группы.

- Понимаем. Должны, значит, контролировать нас.

Четыре тоста спустя все выходят из вагона. Возле станции «Спортивная» огромное количество таких же групп. Над одной из них - белые флажки с надписью «Главстрой».

Милиционеры грубо кричат: «На входе нельзя стоять! Если стоите, будет пробка»

- Да мы одного человека ждем, - оправдывается интеллигентная дама. На ней кокетливая меховая шляпа с брошкой. Дама явно приготовилась к празднику, она выгуливает и шляпку и брошку.

Потом участники митинга медленно следуют по направлению к арене.

- И все эти люди пришли добровольно! - дивится немолодой мужик.

- Ну ты сам за деньги идешь, за мзду!

- Прикинь, Сань! Мне этих пятисот рублей хватит, только чтобы два раза доехать до дачи и обратно. Я пришел людей повидать! Маратыча повидать! Маратыч, дай, я тебя обниму!

Идут приятные дамы в возрасте.

- Мне в прошлый раз очень понравилось. – говорит одна из них мягким голосом. Таким голосом такие дамы обычно рассказывают, что в выходные побывали на концерте русского романса. - В 2012 году тоже нас повели. Были и Медведев, и Путин, и патриарх наш.

Тем временем мы оказываемся перед рамками у входа на стадион. Я спокойно прохожу. Потом оборачиваюсь. За эти несколько секунд все переменилось. Тех, кто идет следом за мной, начинают буквально шмонать, до дна исследуют сумки, проводят сканером вдоль рук и ног. У рамок сразу образуются огромные очереди. Но никто не ропщет. Все сразу оживляются. Ясно, что означают эти ужесточения: все-таки приедет Путин.

- Сдайте фотоаппарат, - требует милиционер у женщины в оранжевой шапочке.

- Как я могу сдать? – стонет она. – Я его фотографировать буду.

- Сдайте технику. – бесстрастно повторяет милиционер. – Вон там камера хранения.

Перед самим стадионом – толпы народу. Ясно, что в такой ситуации самое страшное – потерять своих. Будешь потом доказывать, что не сбежал. Мужик в шапке с огромными ушами жалобно и растерянно кричит в телефон: «Ну вот я здесь! Куда дальше пи..довать-то?» и тычет рукой на землю, словно его собеседник может понять, где он.

…Наши летчики и моряки в Сирии победили мировое зло. Наша сила в правде. Мы и впредь будем поддерживать суверенные страны. Мы будем поддерживать братские народы.- говорит генерал-полковник Владимир Шаманов с огромного экрана, установленного перед стадионом. На нем идет прямая трансляция происходящего в зале.

Солидная дама, собрав вокруг себя свой женский коллектив, фотографирует всех на телефон, командуя: «Девочки, улыбочку!» Много угрюмых азиатских рабочих, они идут группами человек по пятнадцать, разговаривают на своих языках, по сторонам не смотрят,.

- Российское образование – лучшее в мире. Хотя в 90-е оно было разрушено. – говорит с экрана Николай Цискаридзе.

- Там, наверху, говорят, уже мест нет.

- А может уйдем?

- Ага, уйдем. Сразу на пенсию уйдешь.

- Ну да, колхоз - дело добровольное!

- Мы знаем, мы чувствуем, что глава государства защитит наши интересы...

- Куда ты завел нас, не видно не зги! Где наш сектор? Мы потерялись. Диана Викторовна, мы не потерялись?

Стоят ряды военных кашеварок. Возле них повара в камуфляже.

- Каша через полчаса будет. Она у них запаривается. Каше гречневая с мясом. Понятно? Каша - тут, Президент – там! Сначала - туда, где Президент, потом - туда, где каша.

- Мы за сильную Россию! – сообщают с экрана

- Ура! - подхватывают в толпе.

- Надо чтобы тебя крестиком отметили, - объясняет своему приятелю парень студенческого вида.

- Так вроде уже поставили один.

- А надо два. Что ты пришел вовремя и ушел вовремя.

На большом экране появляется Лепс. Он поет «Самый лучший день». Безжалостная камера показывает его крупным планом, и отчетливо видно, какое у него старое, истаскавшееся лицо - лицо итальянского мафиози из третьесортного фильма. Несколько молодых девушек сразу начинают пританцовывать и подпевать

Поднимаемся по лестницам. Кажется, организаторы перестарались. Народу больше, чем может вместить этот гигантский стадион. Свободных мест нет. Маленькая растерянная старушка жалуется молоденькому милиционеру, что ее гоняют от одного сектора к другому, и везде все набито.

– Вы у своих отметились? – ласково спрашивает милиционер. - Ну вот и самое главное. Теперь домой идите.

Оба счастливо смеются.

- Мне хочется сказать немодное слово: «Дорогие товарищи!» Ибо товарищи смотрят не друг на друга, а в одну сторону. – доносится голос Никиты Михалкова.

Мне удается найти место на самом верху. Впечатление сильное. Вокруг меня сто тысяч человек, заполнивших до краев огромную чашу стадиона. Сверху она прихлопнута, как крышкой, овалом холодного голубого неба.

Внизу эстрада в виде небольшого круга. Там Гергиев, Бондарчук, Тимати, Пореченков, ректор МГУ Садовничий, Леонид Якубович и другие персонажи.

И тут внизу, в этом круге появляется Путин.

И зал встает, как один человек.

Ясно, почему люди встают. Стоя удобнее делать фотки. У каждого в руке мобильный телефон. Сто тысяч человек молча и сурово, как солдаты, стоят, держа перед собой мобильники. Есть что-то жуткое в этом действительно едином, нерассуждающем автоматическом действии. Это не любовь или восторг. Путин словно дан природой. Его не надо любить, не надо им восхищаться. Не надо даже особо понимать, о чем он говорит. Увидел его – сделал фотку.

Путин произносит короткую речь про то, что весь двадцать первый век пройдет под знаком наших ярких побед. После этого начинается исполнение гимна. Когда последние его звуки затихают, народ просто начинает валить. Но организаторы мероприятия знали, что делали. На сцену вновь выбегает Лепс. Он поет: «…Я счастливый, как никто, я счастливый лет уж сто!» И зал, конечно, замирает. И люди остаются. Тем более, что следом за Лепсом выходит Стас Михайлов!

Но все равно многие уже тянутся к выходу.

- Обещали пледы! Где пледы? Где сухой паек?

- Мы – воюющая страна, и это надо сказать прямо. Наш главнокомандующий присоединяет территории, выигрывает войны, представляет новое оружие. Это не вопрос комфорта, это вопрос выживания. Как можно менять главнокомандующего в воюющей стране? - сообщает им вслед предприниматель Игорь Ашманов.

- Пошел отток, пошел отток, - сообщает по рации человек в камуфляже.

Митингующие идут прочь. Для людей, воющих против всего мира, они держатся довольно бодро. Впрочем, сейчас им предстоит настоящая битва, причем - не с мировым злом. Битва за то, чтобы как-то отсюда выбраться. Из мегафонов доносится «МЦК переполнена! Идите на метро «Спортивная!». Тем, кто добрался до «Спортивной», сообщают: «Идите на «Фрунзенскую!». Но и на «Фрунзенской» на вход огромная, почти неподвижная толпа. Холодно. Многие, как в плащи, заворачиваются в российские флаги. Другим еще проще – они прихватили с собой те самые пледы, которые кому-то все же достались.

Говорят, что надо идти дальше, на «Парк Культуры». Кто-то уже добрался и туда и теперь сообщает, что там – то же самое. Подходит троллейбус, толпа пытается туда утрамбоваться, слабые проигрывают. Какого-то мужика буквально выбрасывают на ходу. Он что-то кричит, грозит кулаком и долго бежит за троллейбусом. На нем майка с надписью «Россия победит».

Фото в заголовке

Уже следят 1

Комментарии


Отменить