Показать на карте
Природа и экология, Госрасходы, Качество жизни, Коррупция
437 0 1
Пост

Newsroom

"Северный поток 2" - большая афера Газпрома. Интервью Михаила Корчемкина

Текст

Кому нужен проект «Северный поток -2», как «зарывают» в землю бюджетные деньги , что ожидает Кургальский заказник, расположенный на маршруте трубы? На эти и другие вопросы редактора activatica.org Михаила Матвеева отвечает аналитик газового рынка, директор и владелец East European Gas Analysis, постоянный автор Forbes Михаил Корчемкин.

Михаил Матвеев (М.М.):

– Начались работы в Кургальском заказнике. Вопреки мнению 60 000 россиян, подписавших обращение к президенту Путину, и вопреки позиции экологических организаций, началось строительство газопровода через Кургальский заказник, уникальную, замечательную территорию на побережье Балтийского моря. В то же самое время есть другая новость, то что в Швейцарии активы Nord Stream 2 AG, организации, которая стоит за этим проектом, были арестованы по иску Украины. Первый вопрос, который мне хотелось бы задать: как дальше будут развиваться события? Сможет ли эта ситуация в Швейцарии остановить развитие проекта и спасти Кургальский заказник?

Михаил Корчемкин (М.К.):

– Арест наложен на Nord Stream 2 AG, в принципе та часть трассы, которая проложена через заказник, тоже принадлежит этой компании. Но почему-то то, что касается событий на территории России, не охватывается решением швейцарского суда. Там конкретно арестовано само предприятие и его активы, единственным собственником которых является Газпром. Газпром не обращает внимание и, с благословения правительства и президента, идёт напролом в любом месте, через любой заказник. Напомню, что когда Газпром строил первую ветку газопровода Nord Stream, то разрешение на подводящий газопровод было выдано через год после начала работ. Хотя закон РФ запрещает начинать строительство без разрешения природоохранных ведомств.

М.М.:

– За последние пять-шесть лет поставки газа из России в Европу выросли в полтора раза. Действительно ли это настоятельная необходимость, вот этот новый газопровод Nord Stream 2?

М.К.:

– Существующие газопроводы могут поставить процентов на 30 больше газа, чем Газпром экспортирует сейчас. Никакой необходимости в дополнительных мощностях нет. Непонятно, почему на всём побережье - от границ Финляндии до границ Эстонии - Газпром выбрал именно Кургальский заказник. В принципе, ничего не мешало проложить трубопровод там же, где и первый Nord Stream. И мы ещё упускаем один момент. На самом краю заказника Газпром собирается строить мощнейшую компрессорную станцию, более трёхсот мегаватт - которая, когда работает, создает шум, из-за которого из заказника улетят птицы.

М.М.:

Получается, что с одной стороны Газпром выкачивает всё больше российского газа в Европу, при этом его потребление в России не растёт, практически не растёт добыча...и самое интересное, не растёт прибыльность Газпрома. Рентабельность поставок газа в Европу падает, и я не очень понимаю, на что они рассчитывают, строя новые газопроводы?

М.К.:

– В принципе развитие Газпрома нелогично. В 2007, в 2008 годах, к концу нулевых Газпром довёл уровень добычи, и транспорта газа из Западной Сибири до максимума. Потом резко бросил это направление. Все полностью восстановили, оборудовали новыми компрессорами, а потом оставили, и стали развивать новый коридор из Ямала.

М.М.:

– Недавно был скандал с публикацией экспертов Сбербанка, в которой они говорили, что все выглядит очень логично, если предположить, что задачей Газпрома является не максимальная прибыль компании, не прибыль акционеров а обеспечение заказами и деньгами за эти заказы подрядчиков, среди которых мы знаем такие фамилии, как Тимченко и Ротенберг. В тоже самое время, не так давно западные участники Nord Stream 2 обратились к общественности с открытым письмом (что газовые компании делают крайне редко), заявляя, что проект коммерческий, что вся его критика безосновательна. Мол, главное, для чего нужен этот проект — диверсификация потока газа из России в Европу для того, чтобы увеличить надёжность газоснабжения. Вот, как Вы считаете, что из этих утверждений ближе к истине?

М.К.:

– Я уже десять лет пишу о том, что, на мой взгляд, одной из основных причин всех экспортных проектов Газпрома является желание руководства компании обеспечить доходы подрядчикам. Украина – это побочный фактор, в какой-то мере российско-украинский конфликт нужен был как раз для оправдания расходов Газпрома. Кремль очень часто использует газовый кран не только в двух известных случаях, как в 2006 и 2009 годах с Украиной, когда газ был перекрыт полностью, особенно в 2009 на две недели. Но и по отдельным направлениям они снижают подачу газа, например, в Турцию. Примечательной была история января-марта 2015 года, когда президент Путин высказал недовольство реверсными продажами газа ГТС (газотранспортной системы - ред.) Украины без его согласия. Вот тогда Газпром вдвое сократил суточную подачу газа через Украину и Северный поток. Сокращение объёмов газа через Северный поток было абсолютно несуразно, поскольку в этот период Газпром должен был показать надёжность транзитного газопровода, независимость его от каких-то политических событий. А тут оказалось, что и Северный поток не даёт никаких гарантий, и что газ может идти бесперебойно только в случае “хорошего поведения” импортёров газа. А что такое хорошее поведение, решает Москва и Кремль.

М.М.:

– То есть все эти дублирующие маршруты сходятся все равно в одной точке - в Кремле, где принимаются политические решения?

М.К.:

– В принципе, если на взгляд Кремля что-то плохое сделает Словакия, и что заслуживает перекрытия или сокращения подачи газа, то российский газ спокойно будет следовать через Польшу и Германию. То же самое, если будет проблема с Польшей, то останется два направления. Но если все яйца сложить в германскую корзину, то зависимость всего Евросоюза от двусторонних отношений Москвы и Берлина будет очень высокая и опасная.

М.М.:

Интересно, насколько это понимают в Евросоюзе, и как к этому относится Германия? Потому что, с одной стороны Германия оказывается в выгодной позиции газового узла, который распределяет газ по всему Евросоюзу. С другой стороны, действительно, она оказывается в центре политических рисков. С одной стороны есть Россия с непредсказуемым, как показывает Украина, поведением, с другой стороны есть США, которые неоднократно заявляли, что не допустят, чтобы Северный поток-2 был построен. А еще есть европейские партнёры Германии, которые от этого проекта тоже не в восторге - например, Польша, балтийские страны. Как Вы считаете, что всё же движет Германией, и почему она до сих пор благожелательно относится к этому проекту, что мешает ей от него отказаться?

М.К.:

– Двигателем являются деньги. Германия перетягивает транзитный бизнес у Украины и Словакии на себя. То, что сейчас зарабатывают Украина и Словакия (причём Словакия — член Евросоюза) - всё попадёт в Германию. И германские операторы будут получать деньги вне зависимости от объёмов транспортировки газа, как сейчас делается с Nord Stream. Весь риск взяли на себя акционеры Газпрома. Коммерческие компании так не поступают.

М.М.:

– То есть, это снижает прибыль Газпрома, поскольку они вкладываются в новые трубы, в новые компрессорные станции, хотя могли бы этого не делать?

М.К.:

– Конечно, гораздо удобнее это делать по старым маршрутам, причем, они обеспечивают гибкость, которую не даёт Северный поток. Я уже называл причины: это большие резервы мощностей, по всей цепочке от Западной Сибири до западной границы Украины, наличие крупнейших подземных хранилищ газа вдоль этого маршрута. Напротив, на Северном потоке и на питающих его газопроводах в России нет ни свободных мощностей, ни достаточного количества ПХГ.

М.М.:

Интересно, но в Германии не говорят, что это конкуренция и попытка заработать на тех деньгах, которые получала Украина и Словакия. Зато очень часто используются экологические аргументы: что российский газ — это хорошее переходное топливо. Наверняка все знают что ископаемое топливо - это плохо, оно вызывает изменение климата. Страны, включая Германию, подписали Парижское соглашение, где они обязуются избавиться от ископаемого топлива в течение нескольких десятилетий. Говориться, что сейчас Германия добывает и использует много угля, а вот если мы переведём часть энергетики Германии хотя бы на газ, то это будет хорошо для климата, это будет хорошо для экологии, а значит очередной трубопровод — это не экологическая беда, а экологическое благо. Как Вы считаете, есть ли рациональное зерно в этой аргументации, или это некое лукавство?

М.К.:

– Дело в том, что даже сам Газпром в своих отчётах признаёт тот факт, что газ становится запасным топливом, поддерживающим возобновляемую энергетику. Когда снижается сила ветра, и турбины ветряков производят меньше энергии, нужно срочно увеличить подачу газа на газовые электростанции. Возрастает необходимость в гибких поставках, в непредсказуемо гибких. Просто передёргивание гендиректоров и партнёров Газпрома заключается в том, что Северный поток-2 открывает новые возможности. Он не открывает, он закрывает возможности. Возможность подачи газа через Северный поток уже есть, но пока есть и возможность подачи газа через ГТС Украины. А Газпром уже объявил о планах ликвидации, включая физическое выкапывание газопроводных труб и закрытие компрессорных станций. Проект Nord Stream 2 хорошо описывается в терминах Джоржа Оруэлла «1984». В этот ряд хорошо встаёт лозунг Северного потока: «Диверсификация — это концентрация». Фактически концентрация всех газопроводов в одном коридоре, там получается «царь-газопровод» Северный поток 1 и 2, это называют диверсификацией маршрутов, что точно по Оруэллу. И опять же, кто управляет настоящим — тот управляет прошлым: если заглянуть на сайт кремлин.ру, то можно прочитать, что говорил Путин про первую нитку Северного потока. Те же самые слова, что Северный поток не направлен против какой-то страны, объёмы транзита сохранятся, мы будем поставлять газ только по вновь заключенным контрактам. А когда построили, тогда обнаружилось, что никаких новых контрактов не было, и, конечно же, Северный поток был заполнен за счёт сокращения потока через Украину. То же самое повторяется сейчас, только произносит эти слова не Путин, а партнёры Газпрома по проекту и некоторые лидеры западных стран.

М.М.:

– Но есть ещё российские потребители газа, есть потребители газа в ближнем зарубежье в странах бывшего СССР. Мы видим, что Газпром сворачивает программы газификации в России, увлёкшись экспортом газа в Европу. Мы видим, что 50% Сибири использует уголь для производства электроэнергии. Мы видим, что произошёл провал поставок газа в Украину, хотя это был традиционный рынок Газпрома. Вопрос такой: как Вы считаете, что все эти инициативы сулят российским потребителям газа, и потребителям газа в ближнем зарубежье? Не останутся ли они без удобного топлива?

М.К.:

– Для потребителя России это ничего хорошего не несёт, поскольку бухгалтерия Газпрома устроена таким образом, что большая часть затрат на экспортные проекты ложится на внутренний рынок России, и отражается в ценах для потребителей, поскольку Газпром — регулируемая монополия, и не может продавать газ ниже себестоимости. Себестоимость растёт — цена тоже. Отсутствие газификации вредит во многих местах. Очевидно вредит здоровью граждан. Возьмём хотя бы Красноярск, где Газпром давно мог бы проложить газопровод, и перевести город на газ. Но там по прежнему сжигают много угля, и периодически выпадает чёрный снег.

М.М.:

– Получается, что в Европе локально за счёт газа экология все-таки улучшится, потому что сжигание газа экологичнее для самой Германии, чем сжигание угля. Но сейчас говорится о том, что это конкурентные вещи, и Америка, которая выступает против строительства этого газопровода, на самом деле хочет продавать в Германию свой газ.

М.К.:

– Насчёт конкуренции с американским сжиженным природным газом - это абсолютно не так. Nord Stream 2 не предназначен для увеличения экспорта российского газа, он предназначен для перевода 55 миллиардов кубов с украинского транзита на новый маршрут. От этого европейский рынок газа ни прибавится ни убавится. Пока в Германии нет ни одного терминала для приёма сжиженного природного газа.

М.М.:

То есть на самом деле американский газ — это не вариант замены российского газа. А что может использовать Германия, если она хочет избавиться от своей угольной зависимости? Это ведь действительно похвальное стремление - хотя Германия увеличивает не только импорт газа из России, но и импорт угля, что уж совсем неожиданно. Но вот, если Германия решит распрощаться с углём, что ей лучше делать, по-Вашему?

М.К.:

– При отсутствии политизации можно делать всё, что угодно. Не только в Германии, но и в Польше, она импортировала в этом году гораздо больше российского угля. Экспорт российского угля, он находится вне внимания президента, а потому с ним всё в порядке. Замена угля на газ — это сродни совету алкоголику, который старается избавиться от алкогольной зависимости, а ему советуют перейти с водочки на пиво. На самом деле это не излечит алкоголизм, нужно подходить к этому вопросу кардинально. И декарбонизация должна быть полной.

М.М.:

Получается, что сделав ставки на подачу газа в Европу по новым трубопроводам на протяжении десятилетий - а платит за это в первую очередь российская сторона, и потребители Газпрома - они несут и все риски, что Европа от газа откажется намного раньше, чем им хотелось бы, и эти инвестиции не окупятся никогда. К сожалению, как показывает опыт Южного потока, очень часто стремление освоить деньги настолько большое, что строится российский фрагмент, даже не имея никаких гарантий его продолжения, и потом эти трубы остаются либо бесхозными, либо разбираются для других проектов.

М.К.:

– Да, как в случае Южного потока, сам проект был неожиданно для многих отменён в декабре 2014 года, но строительство его с российской части продолжалось ещё более года уже после отмены. Через год с небольшим Алексей Миллер отрапортовал полную готовность объекта, а уже в этом году Газпром решил выкопать часть труб обратно.

М.М.:

– Может, их теперь положат на Северный поток, а потом выкопают и перенесут куда-нибудь ещё…


Наш канал в Telegram - подписывайтесь, чтобы быть в курсе проблем, акций, новостей и аналитики из мира гражданского активизма



Уже следят 1

Комментарии


Связанные материалы
Пост
Екатерина Савушкина, 25 июня 2018 г., 17:01
Пост
Игорь Ядрошников, 14 авг. 2017 г., 20:18
Отменить
Отменить