Показать на карте
Политика
64 0 1
Пост

Маргулев Андрей Игоревич

Естественная суверенная надобность

Текст

Итак, «городу и миру» явлен новый символ безграничной власти президента Путина – «Пу-ституция». «Конституцией» это произведение называть не получается, поскольку документ этот имеет отношение не столько к праву, сколько к поваренной книге – как это и было озвучено невинными устами Эллы Памфиловой.

Было бы странно, если государство, которое стало совершенной (в определенном смысле) химерой, имело Конституцию, которую можно было бы принимать всерьез как правовой документ. Этот акт просто обязан был стать Пу-ституцией – нелепым и пугающим символом навроде пугала для ворон. Либеральные белые и прочие серо-черные вороны должны теперь с почтительного расстояния каркать на эту новую угрозу, реальность которой подкрепляется периодической пальбой и падением подбитых тушек.

Между тем, Путин просто сделал важный и необходимый шаг в том направлении, вектор которого был задан так давно, что это важнейшее обстоятельство остается скрытым для большинства нынешних аналитиков. А может быть, не всем хочется вспоминать.

В «Особом мнении» на Эхе Москвы от 17.01.2020 с Николаем Сванидзе, последний разглядел, что пу-ституционные поправки заточены под Владимира Владимировича:

«Н. Сванидзе— …Пульт управления Владимир Владимирович хочет сохранить за собой. Совершенно очевидно. Уж из каких соображений, там забота о стране, некуда уходить. Не знаю. Другой вопрос. Но, так или иначе. А что будет после него – а после него, повторяю, будет тяжелая ситуация, потому что все вещи, которые он предлагает, они заточены под него. Вся эта конструкция заточена под него. Лично под него. Не под преемника ни под какого. Хоть бы он был ему родным человечком. Лично под него.

К. Ларина― Ну, послушай. Конституция 1993 года тоже в таком случае тоже была заточена лично под Бориса Николаевича Ельцина.

Н. Сванидзе― Ничего подобного. Ничего подобного. Она же действовала. И если бы следовали этой Конституции после Ельцина, то она бы действовала. Почему лично под Ельцина? Чем она была заточена под Ельцина?

К. Ларина― Потому что она президентская.

Н. Сванидзе― Ну, президентом могут звать не только Ельцина. Президентская и президентская – нормально. Ну и что. А здесь она не президентская сейчас. И не парламентская. Она именно путинская. Это другое дело» https://echo.msk.ru/programs/personalno/2572053-echo/ .

Как мы видим, Ксении Лариной нечего было ответить Николаю Карловичу, который, казалось бы, вполне искренне недоумевал, откуда это такое мнение странное взялось про Конституцию-93?

Впрочем, его излишне нервная реакция все же выдала некоторую тревогу… Участие Н.К. Сванидзе в событиях октября 1993 года отмечено орденом «За личное мужество», да и своей «помощью» и «максимальной лояльностью» Ельцину в его выборной кампании 1996 года он гордится (https://meduza.io/feature/2016/04/08/telezvezdy-nikolay-svanidze)…

Конечно, Сванидзе прекрасно понял: Ксения Ларина лишь пыталась намекнуть, что в Конституцию-93 были заложены механизмы президентского абсолютизма – чтобы никакой зловредный представительный орган не мог больше мешать президенту Ельцину проводить столь нужные стране реформы.

Но если Николай Карлович лицо слишком заинтересованное, чтобы не замечать даже очевидного из прошлого, то суть произошедшего ныне действительно повергла в растерянность многих – даже после фарса с «обнулением» сроков путинского президентства.

Контрастом потоку возмущенно-растерянных интонаций предстает короткий и очень взвешенный текст украинского политолога Дениса Юдина, опубликованный сайтом NEWSru.com под заголовком «Символическое подписание капитуляции поверженного суверена», где сказано следующее:

«Павловский, как человек, тонко чувствующий политическую метафизику, прав, конечно, что речь идет ни о каких не о сроках Путина, речь идет о транзите от одного государства к другому… Государство не может перейти к другому государству без смены суверена, а суверен проявляет себя как источник права, а не как подчиняющийся ему. Поэтому такой транзит не может пройти по предписанной законом процедуре, он просто обязан выйти за рамки существующих законов, чтобы показать истинное положение дел, дать суверену сверкнуть своей нечеловеческой чешуей в этом зазоре. /…/

Отсюда, кстати, и нарочитая, отвратительная грубость, с которой все это проделывается: именно потому, что речь не о праве, а о фиксации результатов откровенного насилия, которое именно вот так всегда и выглядит. Процедуры неважны, явка неважна, честность подсчета голосов неважна… /…/

Вообще, кажется, несмотря на внешнюю хаотичность и местами нелепость процесса внесения поправок, случайных там нет. Они, в целом, хорошо описывают сложившуюся реальную ситуацию, в которой есть почти всесильный аватар суверена – президент, технические органы вроде правительства и парламента, силовое сословие… население...»https://blog.newsru.com/article/12mar2020/souverain

В данной работе, я буду анализировать эволюцию постперестроечных Конституций, и целью анализа будет не только борьба с мифологией заинтересованных «либералов» на основе исторической и юридической правды. Самым здесь важным было показать, что и переход к Пу-ституции, знаменующий, как заметил Денис Юдин, смену суверена за рамками существующих законов, и что вся эта «отвратительная грубость», и эта «речь не о праве, а о фиксации результатов откровенного насилия» – все это закономерный и, в определенном смысле, «естественный» шаг. Шаг к приведению в соответствие сложившихся общественных отношений с закрепляющей их «правовой» формой.

И что зародыш – и этих уродливых общественных отношений, и соответствующей им Пу-ституции – возник путем крайне порочного зачатия именно тогда, в 1993-м, и именно в ней – пока еще действующей Конституции-93.

Хотелось бы думать, что анализ этот окажется полезным для понимания роковых ошибок прошлого, которые ни в коем случае не должны быть допущены в посткатастрофном будущем.

На пороге рыночного рая

«Умом понять Россию» – так называлась программная статья одного из идеологов рыночной экономики, опубликованная в декабре 1990 года в журнале «Огонек» (№ 44, с. 6-8, 30 – http://magzdb.org/file/221440/dl). Этот настоящий «рыночный» манифест был адресован Ларисой Пияшевой непосредственно Борису Ельцину:

«В процессе перехода к рынку у нас возникнут замечательные социальные результаты: часть нашего бедного общества начнет быстро богатеть и успешно процветать. Строить себе удобные и красивые дома. Свободно ездить за рубеж и учить своих детей — кто в Калифорнии, а кто и в Кембридже. Никуда не деться — процветающим может быть только то общество, в котором есть условия для преуспевания. /…/

Социальные последствия перехода к рынку будут очень хороши: люди станут богаче, самостоятельней, уверенней в себе, свободней и ответственней. А значит, богаче и разнообразней станет наша жизнь, появится больше средств и возможностей для процветания наук и искусств. Это и есть главное социальное последствие и НТР, и рыночного перехода, который сумеет использовать и воплотить в жизнь научные и технические открытия последнего столетия. /…/

На территории России цены должны формироваться сами, в процессе взаимодействия спроса и предложения, в ходе становления и развития товарно-денежных отношений. С остальными республиками мы будем торговать! А всех “рассчитывающих” и занятых “устранением деформаций” придется уволить и начать учить заново. Отныне и впредь ни одна из цен не будет рассчитываться и устанавливаться правительством. Их будет формировать и упорядочивать рынок — свободно и бесплатно. “Свободу ценам!” — вот лозунг реформы. /…/

Не потребуется вам ни научных расчетов, ни длительной подготовки и для возникновения конкуренции. Конкуренция не ”развивается”, как это полагают некоторые. Она возникает, когда производителей как минимум два. Она усиливается, когда их четыре, становится жесткой, когда их десять или сто. /…/

Вам потребуется своя собственная комиссия по налогам, которая установит такие ставки, которые начнут стимулировать предпринимательскую активность в городе и на селе, в промышленности и в сфере услуг. И я гарантирую вам: ни политических забастовок, ни голодных бунтов в России не будет».

Через год после этого манифеста Пияшева станет высокопоставленным должностным лицом мэрии Москвы, Председателем городского комитета по экономической реформе…

А ведь были, были голоса – даже не экономистов или политологов, которых можно было бы заподозрить в «ревности», а наблюдателей с адекватным знанием и восприятием мира. Еще до путча вышел «Век XX и мир» с перепечаткой ответа писателя Игоря Ефимова «Эх, прокачу…» (Новое русское слово. 28.12.1990) на статью Пияшевой, в котором он задавался очевидными вопросами:

«Что это за сказочная страна такая – Россия, – что во всех странах во все века люди в борьбе за собственность убивали друг друга миллионами, а в России – после семидесяти лет самого безжалостного экономического и политического гнета – вырос какой-то сказочный народ-добряк, который – коли послушают правители Ларису Пияшеву – спокойно станет в длинные очереди и разберет кому что нравится: кто пашню, кто мельницу, кто аэродромчик, кто линию высоковольтных передач, кто Останкинскую телевизионную башню, кто железную дорогу, а кто и атомный реактор. И начнут все дружно трудиться и мирно торговать на зависть всему остальному свету, который до сих пор почему-то весь содрогается от бунтов, забастовок, экспроприаций, гангстеризма, конфискаций, кризисов, инфляций, разорений, голода. Опять мы им утрем нос в два счета, и помчится наша птица-тройка безудержно – все вперед и вперед. /…/

Мне кажется, что довольно. Что надо набраться мужества и сказать себе прямо и ясно: в сегодняшней России условий для немедленного перехода к рыночной экономике нет. При завоевании дикого Запада в Америке любой городок начинал строиться вокруг банка. И полуграмотный ковбой, и покрытый глиной золотоискатель знали, куда им относить заработанное, как выписывать чеки, что такое акции, что такое закладная. В России же сейчас даже образованный человек, прочитавший всего Пушкина и Толстого, понятия не имеет о том, что такое банковская и кредитная система, как вести дела за безналичные, что такое биржевые операции. Всему этому надо учиться – и учиться долго.

Уважаемый автор, Лариса Пияшева, дорогие читатели и соотечественники, – посмотрите на мир вокруг себя открытыми глазами. Вы увидите, что в этом мире Швецию даже социализм не губит, а Бразилию даже капитализм не спасет. Потому что – вопреки заповедям, вбивавшимся нам в головы на занятиях по марксизму – есть на свете что-то поважнее экономики. Имя этому важнейшему элементу социальной жизни - зрелость культуры. /…/

В рассуждениях сторонников быстрых реформ чаще всего всплывают разоблачительные филиппики против тех, кто мешает проведению реформ в жизнь или собирается помещать. В статье Пияшевой анализируются "три мины", которые коварно подкладывают на пути нашей реформистской тройки разные темные силы. Эти-то, мол, враги и мешают успеху реформ. Но подобные рассуждения звучат так же нелепо, как нелепы были бы объяснения генерала, который не смог взять крепость, "потому, видите ли, что злые люди стреляли в меня со стен". /…/

Лариса Пияшева не без гордости называет себя "рыночным экстремистом". Думается, экстремизм этот немногим лучше того, который обещал, что каждая кухарка будет управлять государством, или построить коммунизм за двадцать лет. Единственное его положительное свойство: он дает своим сторонникам упоительное чувство непогрешимости суждений. И возможность не считаться с реальностью, какой бы очевидной она ни была»http://old.russ.ru/antolog/vek/1991/08/efimov.htm.

Проблема на самом деле всегда была именно в том, что задачу «умом понять Россию» российские «либералы» (за редкими исключениями) никогда и не ставили; их «понимание» заключалось в рассмотрении России в качестве «заблудшей овцы», сбившейся с «правильного пути», которой просто надо указать этот путь и объяснить, почему он правильный. И вот из этой более чем полуторавековой «западнической» колеи выбраться они не желают и, видимо, не могут. Нет даже потребности осмыслить то, что произошло в последние 30 лет – после начала триумфального похода либеральных экономистов в идеологи перехода к демократии (а затем – и в ряды собственно реформаторов).

Как и почему путь в «рыночный рай» и правовое государство оказался 30-летней «диалектиктикой переходного периода из ниоткуда в никуда» (Пелевин), я уже рассматривал в работах «Демократия как справедливость» и «Гипноз Гайдара» (в конце работы). Пу-ституция, в которую так глумливо «вдруг» окунул «либеральных» экспериментаторов возникший в качестве «побочного эффекта» гомункул, отражает тот же самый путь, поэтому я и начал с описания «идейных исканий», владевших общественным сознанием в тот период.

Под их влиянием, стремительно меняли форму общественные отношения, и политики – реформаторы пытались происходящие изменения закреплять в Конституциях.

Так возникли, условно говоря, три Конституции начала 90-х: «горбачевская» Конституция СССР (модифицированная перестройкой «брежневская»), Конституция РФ «президентская» (тоже «брежневская, модифицированная перестройкой до переворота 1993 г.) и Конституция-93 «ельцинская» (гиперпрезидентская, называемая «президентской» лишь по недоразумению).

Рассмотрим их особенности.

Конституция СССР «горбачевская» (ред. от 14.03.1990)

Эта советская Конституция отражала переходный период от тоталитарного режима к демократическому. От тоталитарного оставались некоторые декларации (например: «Высшая цель Советского государства – построение бесклассового коммунистического общества, в котором получит развитие общественное коммунистическое самоуправление»; или: «СССР олицетворяет государственное единство советского народа, сплачивает все нации и народности в целях совместного строительства коммунизма»). Вместо разграничения предметов ведения между властями разных уровней, продолжал действовать советский «демократический централизм». Отсутствовало какое-либо разделение властей:

«Статья 2. Вся власть в СССР принадлежит народу.

Народ осуществляет государственную власть через Советы народных депутатов, составляющие политическую основу СССР.

Все другие государственные органы подконтрольны и подотчетны Советам народных депутатов».

Однако, в Конституции этой был закреплен решающий шаг в переходе к демократии: лишение КПСС статуса «руководящей и направляющей силы советского общества, ядра его политической системы, государственных и общественных организаций». Этот статус был обнулен не только изъятием данной формулировки из 6-й статьи Конституции, водившей теперь многопартийность, но и изменением избирательной системы. КПСС вместе с ее «приводными ремнями» – советскими профсоюзами стали просто одними из «общественных организаций», имевших равные права выдвижения кандидатов в депутаты.

Наряду с этим, «горбачевская» Конституция содержала обязательные элементы демократической парламентской республики. Правительство (Совет Министров) было подотчетно только парламенту (Съезду народных депутатов и Верховному Совету), президент, глава государства, независимо от парламента избирался населением, но имел очень ограниченные возможности какого-либо влияния на правительство и вообще никакого на парламент и суды.

К сожалению, такая переходная конструкция несла в себе существенный изъян, который способствовал быстрой самоликвидации государства. Почему?

Дело в том, что КПСС – более чем 10-миллионная организация с жесткой структурой и негласными полномочиями ее органов, осуществляемыми, в том числе, через органы правопорядка и госбезопасности, была той субстанцией, которая обеспечивала цельность государственного тела. После изменения статуса КПСС, ее «цементирующую» функцию должны были бы исполнять Союзный договор (предполагаемого Союза Суверенных Государств – ССГ) и руководимый Президентом СССР Совет Федерации (фактически подмененный Законом СССР от 05.09.1991 «Об органах государственной власти и управления Союза ССР в переходный период» неконституционным Государственным Советом СССР).

Однако «руководящий» статус КПСС был «обнулен» Законом СССР от 14.03.1990 (с одновременным введением поста Президента СССР, причем, эту должность одно лицо не могло занимать более двух раз – без «подряд»), а работа над Союзным договором началась только во второй половине 1990 г. Первое заседание представителей 9 республик по подготовке Договора состоялось лишь 24.05.1991, готовый проект, намеченный к подписанию 20.08.1991, был опубликован «Московскими новостями» 18.08.1991, и тут…

Полуторагодовое отсутствие объединительного правового механизма привело к тому, что центробежные тенденции стали угрожать неконтролируемым распадом государства, и, после безнадежной и жалкой попытки ГКЧП повернуть время вспять, на повестку сам собою встал, наряду с вопросом о Союзном договоре, новый вопрос – о демонтаже СССР. Что и привело к тому, что под прикрытием процесса преобразования СССР в ССГ на основе Союзного Договора, действиями трех президентов, а затем – и других республиканских органов власти Конституция СССР была просто противоправно прекращена вместе с СССР.

Государство СССР «доказало», таким образом, свою нежизнеспособность без идеологических «скреп», но это не была вина «горбачевской» Конституции, а лишь следствие его непонимания степени неустойчивости государственного устройства фактической конфедерации без предусмотренного Конституцией важнейшего скрепляющего механизма – Союзного Договора.

Но вернемся, собственно, к Конституции и поставим вопрос: насколько описанное ею государственное устройство соответствовало статусу правового государства, характеризующего демократический режим?

Мы уже отмечали, что важнейшим шагом в направлении этого режима явилась отмена руководящей роли КПСС и появление многопартийности. Это, безусловно, должно было (но не успело в достаточной степени) повлиять на все выборные органы власти, включая судебную. Но зато в системе государственных органов появился новый орган, специально призванный обеспечивать движение к режиму правового государства. Таковым стал Комитет конституционного надзора СССР, норму Конституции о котором уместно процитировать:

«Статья 124. Комитет конституционного надзора СССР избирается Съездом народных депутатов СССР из числа специалистов в области политики и права в составе Председателя, заместителя Председателя и 25 членов Комитета, в том числе по одному из каждой союзной республики.

Срок полномочий лиц, избранных в Комитет конституционного надзора СССР, - десять лет.

Лица, избранные в Комитет конституционного надзора СССР, не могут одновременно входить в состав органов, акты которых поднадзорны Комитету.

Лица, избранные в Комитет конституционного надзора СССР, при выполнении своих обязанностей независимы и подчиняются только Конституции СССР.

Комитет конституционного надзора СССР:

1) по поручению Съезда народных депутатов СССР представляет ему заключения о соответствии Конституции СССР проектов законов СССР и иных актов, внесенных на рассмотрение Съезда;

2) по предложениям не менее одной пятой народных депутатов СССР, Президента СССР, высших органов государственной власти союзных республик представляет Съезду народных депутатов СССР заключения о соответствии Конституции СССР законов СССР и иных актов, принятых Съездом.

По поручению Съезда народных депутатов СССР, по предложению Верховного Совета СССР дает заключения о соответствии указов Президента СССР Конституции СССР и законам СССР… /…/

Комитет конституционного надзора СССР вправе также по собственной инициативе представлять заключения о соответствии Конституции СССР и законам СССР актов высших органов государственной власти и управления СССР, других органов, образуемых или избираемых Съездом народных депутатов СССР и Верховным Советом СССР.

При выявлении несоответствия акта или его отдельных положений Конституции СССР или законам СССР Комитет конституционного надзора СССР направляет органу, издавшему акт, свое заключение для устранения допущенного несоответствия. Принятие Комитетом такого заключения приостанавливает действие не соответствующего Конституции СССР или закону СССР акта или его отдельных положений, за исключением законов СССР, принятых Съездом народных депутатов СССР, конституций союзных республик. Акт или его отдельные положения, которые по заключению Комитета нарушают права и свободы граждан, теряют силу с момента принятия такого заключения…

Заключение Комитета может быть отклонено лишь решением Съезда народных депутатов СССР, принятым двумя третями голосов от общего числа народных депутатов СССР».

О важности данного органа можно судить, в частности, по тому, что приняв по своей инициативе рассмотрение вопроса о печально знаменитой разрешительной прописке, он постановил об утрате силы норм «обязывающих граждан получать разрешение административных органов на проживание, устройство на работу и учебу, приобретение в собственность жилых домов, квартир, дач, гаражей».

Из всего сказанного про «горбачевскую» Конституцию, можно сделать вывод, что при всей своей эклектичности и противоречивости, они содержала в себе значительный потенциал для построения парламентской республики с режимом правового государства.

Конституция РФ «президентская» (редакция 09.12.1992)

Эта Конституция получилась из той же «брежневской» посредством гораздо более продолжительных и глубоких модификаций, чем «горбачевская», и потому доросла до полноценной конституции президентской республики с полным разделением властей. Всенародно избираемый Президент (но уже к его не более чем двум срокам добавилось коварное слово «подряд») был по ней просто высшим должностным лицом и главой исполнительной власти, руководя деятельностью формируемого им Совета министров – Правительства РФ, а также возглавляя Совет безопасности РФ и являясь Верховным главнокомандующим. Он хотя и имел полномочия действовать от имени государства на внешнем уровне, но не определялся при этом «главой государства». Высшим же органом государственной власти являлся Съезд народных депутатов РФ и его постоянно действующий законодательный, распорядительный и контрольный орган – Верховный Совет РФ.

И вот эта вполне соответствующая президентским моделям Конституция оказалась нежизнеспособна в силу того, что предложенная ею конструкция правления намного опередила готовность общественного правосознания принять ее в себя!

Дело в том, что президентская республика – дуалистична, она предусматривает два центра власти. Общественное же правосознание России исторически жестко формировалось на парадигме единовластия, причем, персонифицированного. Более того, в общественном сознании отпечаталось сакральное восприятие самодержца.

Дуалистичная модель республики – как, например, в США – возможна только при наличии сильной и независимой судебной системы и, самое главное – с общественным уважением к закону и правосудию. Такое уважение вырабатывается столетиями. Высшее проявление такого правосознания – готовность исполнителей властных функций не повиноваться преступным приказам с одной стороны, и готовность граждан к немедленной личной реакции на нарушение властью конституционной законности с другой. Когда такого общественного правосознания нет, исполнительная ветвь с помощью насилия может узурпировать власть, что и случилось в России в сентябре-октябре 1993 г.

Путь к этой узурпации пролагала выдвинутая перестройкой «демократическая общественность», воспитанная на идее «рыночной экономики» и искоренении «советского» политического устройства. Россия представлялась им целиной, которую только и нужно было вспахать плугом экономических и политических реформ.

И о – чудо! – «демократические» силы вдруг получили доступ к рычагам управления после слинявшего в три дня путча августа 1991. Их кредо олицетворял недавний партфункционер президент России Борис Ельцин, ставший вдруг ярым рыночником и антикоммунистом. Казалось бы, перед Россией открываются, наконец, перспективы построения цивилизованной демократии по западным стандартам, взятым за образцы. Но что-то тревожное уже тогда, в первые послепутчевые месяцы, заставило ведь Глеба Павловского написать:

«Я уже говорил и повторю еще раз: эти люди будут убивать. Они просто не знают границы между властью и государством, между порядком и повиновением. И начнут они с того, что найдут оправдание чужим убийствам. Например, такое: “укрепление исполнительной власти”.

Тем интереснее сегодня знать, как они к этому готовятся.

“Мы выработали модель государства российского…” (Сергей Станкевич…).

“И вековая, еще византийская традиция, и особенности современного переходного периода требуют сильной персональной власти авторитетного лидера, президента. На том и остановились” Олег Румянцев…)“» (Олег Румянцев – один из непосредственных создателей Конституции-93).

Пройдет два года, и все опасения Глеба Павловского, высказанные в этой статье («Враг», ВекXX и мир, 1991, № 12) воплотятся в «окончательной победе» псевдолиберального выбора путем растаптывания Конституции вместе с силовым разгоном представительных органов власти.

Напомню, что после многомесячной кампании по дискредитации парламента, Ельцин издал Указ от 21.09.1993 № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», которым, в частности, постановлял:

«1. Прервать осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций Съездом народных депутатов Российской Федерации и Верховным Советом Российской Федерации. До начала работы нового двухпалатного парламента Российской Федерации - Федерального Собрания Российской Федерации и принятия им на себя соответствующих полномочий руководствоваться указами Президента и постановлениями Правительства Российской Федерации. /…/

9. Заседания Съезда народных депутатов Российской Федерации не созываются.

Полномочия народных депутатов Российской Федерации прекращаются».

Конституция-93 «ельцинская»

«…Значительное число нормативных указов Президента было издано им в режиме конкурирующей компетенции с законодательной властью и Правительством. Однако необходимо учитывать, что в различные периоды эта “конкурирующая компетенция” имела и различную правовую природу. Если вначале - с ноября 1991 по декабрь 1992 г. - она была хотя бы как-то легитимизирована Съездом народных депутатов в виде дополнительных полномочий Главы государства, то после их отмены самовольная указная деятельность Президента по вопросам, отнесенным к ведению законодательных органов, вступила в явное противоречие с Конституцией.

Именно с этого времени следует говорить о нелегитимной конкурирующей компетенции в чистом виде. Она использовалась Президентом в условиях двоевластия под предлогом необходимости оперативного реагирования на изменение общественных отношений в условиях реформы. Фактически же он приступил к коренному пересмотру законодательства и начал активные действия по отмене Конституции, которая ограничивала нормотворческий произвол главы государства, оставляя право “последнего слова” в решении любого вопроса за коллегиальным органом – Съездом народных депутатов Российской Федерации».

Совершив силовой государственный переворот, прекратив деятельность представительного органа власти и присвоив его законодательные функции, приостановив деятельность Конституционного Суда РФ, Президент Ельцин противоправно упразднил по факту и «президентскую» Конституцию РФ. В таких условиях полной узурпации власти можно было уже не оглядываться на закон и при принятии новой, гиперпрезидентской, Конституции-93.

Елена Лукьянова продолжает:

«Указами было решено множество вопросов, никоим образом и никакими конституциями не отнесенных к полномочиям Президента: назначен референдум и выборы, установлены для их проведения специальные правила; проведена реформа органов власти и местного самоуправления по всей стране; установлены “основные начала деятельности” органов государственной власти в субъектах Российской Федерации».

от 15.10.1993 № 1633 «О проведении всенародного голосования по проекту Конституции Российской Федерации»

Законом РСФСР от 25.12.1991 № 2094-1

«При проведении референдума по вопросам принятия, изменения и дополнения Конституции РСФСР решения считаются принятыми, если за них проголосовало более половины граждан РСФСР, внесенных в списки для участия в референдуме».

«Конституция Российской Федерации считается принятой, если за ее принятие проголосовало более 50 процентов избирателей, принявших участие в голосовании».

Согласно ст. 121.8 упраздненной действиями Президента Ельцина Конституции, в случае такой коллизии действует норма закона. Каков же результат «всенародного голосования» по проекту новой Конституции-93 в соответствии с Конституцией противоправно упраздненной?

В голосовании 12.12.1993 приняли участие 58187755 зарегистрированных избирателей, или 54,8% списочного состава избирателей. За принятие Конституции проголосовало 32937630 избирателей, или 58,4% избирателей, принявших участие в голосовании. Таким образом, за принятие новой Конституции проголосовало 32% граждан, внесенных в списки для участия в голосовании, и в соответствии с противоправно упраздненной Президентом Ельциным Конституцией, «всенародно принятая» Конституция-93 вообще НЕ БЫЛА ПРИНЯТА.

Никто из «либеральных» политиков, никто из «четвертой власти», которую представляла тогда телевизионная журналистика не возмутился этому обстоятельству – ведь так было нужно НАМ, таким нравственным, образованным и свободолюбивым, НАШЕМУ президенту, защищающему НАС от возврата в советское прошлое, да еще под власть «коммуно-фашистов»… Никто из тогдашних «либеральных» властителей умов «не заметил» (а большинство их «не замечает» и сейчас) произошедший государственный переворот, нелегитимность новой Конституции; ну, а то, что Конституция эта была «заточена» под президента – так это же для ускорения пути в долгожданное светлое будущее…

«Президент Российской Федерации и Правительство Российской Федерации обеспечивают в соответствии с Конституцией Российской Федерации осуществление полномочий федеральной государственной власти на всей территории Российской Федерации».

«1. Исполнительную власть Российской Федерации осуществляет Правительство Российской Федерации. 2. Правительство Российской Федерации состоит из Председателя Правительства Российской Федерации, заместителей Председателя Правительства Российской Федерации и федеральных министров».

Таким образом, Президент РФ осуществляет полномочия федеральной власти НАРЯДУ с исполнительной властью, отдельно от нее. Попутно отметим, что в отношении этой исполнительной власти, он может почти всё:

– принимать решение об отставке Правительства;

– назначать (с согласия Госдумы) Председателя Правительства;

– назначать (по предложению Председателя, им назначаемого) всех остальных членов Правительства.

«Государственная власть в Российской федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную».

Таким образом, «осуществляя полномочия федеральной государственной власти» орган власти «Президент», находящийся вне такого разделения, нарушает эту статью, входящую в состав основ конституционного строя (Глава 1), что запрещено частью 2 ст. 16:

«Никакие другие положения настоящей Конституции не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации».

Подытоживая пункты I и II, мы констатируем, что изобретая невиданную в мире гиперпрезидентскую республику, «либеральные» юристы совершили в ней подлог, заявив в Конституции-93 о не существующем разделении властей, чтобы скрыть то обстоятельство, что получаемое в результате государственное устройство является уже не республикой, а самодержавием.

Действительно, о полном контроле Президента над Правительством здесь уже было сказано, что же касается прочих ветвей, то Президент:

– распускает Государственную Думу;

– имеет своих представителей в Совете Федерации, которых назначает и освобождает;

– то же относительно своих полномочных представителей в федеральных округах;

– то же в отношении высшего командования Вооруженных Сил РФ, Верховным Главнокомандующим которых он является;

– назначает всех федеральных судей;

– освобождает от должности прокуроров субъектов РФ и назначает их по представлению Генерального прокурора;

– представляет Совету Федерации для назначения судей Конституционного Суда РФ, для назначения и освобождения Генерального прокурора РФ и его заместителей, назначает и освобождает иных прокуроров, кроме прокуроров городов и районов.

Конечно же, помимо этого Президент формирует и возглавляет Совет Безопасности РФ, а чтобы проводить всю титаническую работу по реализации перечисленных полномочий, он формирует специальный орган власти, называемый Администрация Президента. Которая от его имени и управляют всеми номинальными «ветвями власти» как марионетками.

Путь к самодержавной форме правления по Конституции-93 сопровождался непрерывным распуханием президентской, четвертой «ветви» власти, подчинившей себе прочие – колоссального властного нароста, внутри которого жил своей, обособленной от общества, жизнью мафиозно-олигархический кадавр, паразитирующий на всех ресурсах страны. И если при «президентской» конституции Администрация Президента была лишь «рабочим аппаратом, созданным для обеспечения деятельности Президента Российской Федерации и вице-президента Российской Федерации, реализации конституционных полномочий Президента Российской Федерации» (Указ Президента РФ от 22.02.1993 г. № 273), то при Конституции-93 она стала уже «федеральным органом государственной власти» (Указ Президента РФ от 28.07.1995 г. № 773), не входя, вместе с Президентом, ни в одну из прочих ветвей власти и управляющая ими от его имени.

Мало того, одно из бывших подразделений Администрации Указом Президента РФ от 02.08.1995 г. № 797 тоже стало новым «федеральным органом исполнительной власти, подведомственным Президенту Российской Федерации», что было сделано уже в нарушение и Конституции-93, поскольку образование такого органа относится к ведению Российской федерации (ст. 71 «г») и потому может регулироваться только законами (ст. 76 ч. 1). Но «демократический» Президент Ельцин уже дал этому соответствующее обоснование:

«Указы Президента – это акты не главы исполнительной власти, а главы государства. Другими словами, их абсолютно подзаконный характер не очевиден» – Послание Президента РФ Федеральному Собранию от 16.02.1995.

А «прирученный» после переворота Конституционный Суд РФ подтвердил эту практику в своем постановлении от 30.04.1996 г. № 11-П…

Ну, а о том, как вся высшая власть России оказалась «подвешенной» на крючке привилегий, регулируемых незаконным и никому, кроме Президента, не подотчетным этим федеральным органом (где, кстати, в должности Заместителя управляющего делами Президента РФ Павла Бородина начал в августе 1996 г. свою московскую карьеру Владимир Путин), я уже рассказывал подробно в своей работе «Демократия как справедливость».

Кольцо всевластья

Подчинив себе все прочие ветви власти и отведя им роль вассалов, Президент со своей ратью выстраивал все эти годы архаичную феодально-самодержавную империю, используя при этом Конституцию-93 в целях легализации этого процесса. Это был закономерный, из невыученных «либералами» уроков истории, процесс разрастания и окукливания власти в паразитный организм, подавляющий организм общественный.

Ельцин, получив в свои руки Конституцию-93, введя указное право, не совершил, однако, да и не мог совершить никаких экономических и политических чудес. Но переродился сам, развращенный завоеванной свободой авторитаризма.

Конституция-93 стала тем самым «кольцом всевластья», которое вело своего владельца по начертанному в ней пути к присвоению всех государственных полномочий. Ельцин не успел этого сделать, но «кольцо» сумело найти для своей миссии достойного преемника… И преемник этот, полностью овладел и законотворчеством, и судом…

Закрепленное в Конституции-93 верховенство президентской власти над прочими ее ветвями, над судебной в частности, порождало «правовую» практику полной ее безответственности и неподконтрольности, как это иллюстрирует, например, попытка ИП «Институт развития свободы информации» обжалования в суде действий (бездействия) Начальника Управления по работе с обращениями граждан Администрации Президента. В определении Тверского районного суда г. Москвы от 23.04.2010 об отказе в принятии заявления, указывалось:

«Обжалование в судебном порядке действий государственных органов и их должностных лиц, находящихся в непосредственном подчинении Президента РФ, а также предъявление исков к указанным органам, на практике означает прямое или косвенное вмешательство в конституционно-правовую и иную деятельность Президента России, как главы государства, обладающего неприкосновенностью и осуществляющего верховную государственную власть в Российской Федерации, что недопустимо, и нарушает основы Конституционного строя РФ и принцип разделения властей, закрепленный в ст. 10 Конституции РФ».

Приведя данный и аналогичные примеры в своей «Сути событий» на Эхе Москвы, Сергей Пархоменко негодовал:

«Вы знаете, ситуация становится серьезной, действительно серьезной. Мы до сих пор говорили много раз в общем смысле о том, что нынешняя политическая ситуация в России привела к тому, что судебная власть оказалась дезорганизована, оказалась фактически разрушена, что суд перестал быть арбитром, что суд утратил доверие граждан. Ну вот, мы говорили какие-то общие слова такого рода. Значит, сегодня конкретный судья с именем, фамилией и отчеством, в конкретном суде в Москве, в столице нашей родины… Так вот, судья хладнокровно ставит свою подпись под официальным документом, который он составляет и в котором написано, что чиновник, подчиняющийся президенту, самим этим фактом выведен из-под суда. Вот, собственно, ответ на вопрос о том, следует ли изучать законодательство по поводу ответственности чиновников за их действия, бездействие и так далее. Законодательство твердо стоит за то, что эта ответственность существует. Суд сегодня решает иначе. Он решает один раз, другой раз, третий раз. Он отрабатывает эти решения на громком деле, когда он имеет ясную политическую поддержку. /…/

Это означает, что суды в России сегодня твердо, открыто, спокойно и не таясь встают на сторону чиновника против гражданина Российской Федерации…» https://echo.msk.ru/programs/sut/686645-echo/

Но негодовать на судью – винтик в механизме выстроенного самодержавия, давно уже нелепо…

***

Так можно ли события первых месяцев 2020 года называть «переворотом»?

Или это реальный переворот 1993-го переформатировал, наконец, посредством своего нелегитимного выкидыша – Конституции-93 – авторитарное, но государство – в обиталище прожорливого всевластного паразита?

Все 20 лет Путинского управления законодательной и судебной деятельностью, безмерным наращиванием силовых органов, выведенных из какой-либо ответственности перед обществом, позволили Путину вырастить свое собственное псевдогосударство. И в нем, при возникшей для верховного альфа-самца надобности, – помочиться, наконец, на «основной закон», закрепляя тем самым свое неоспоримое над ним превосходство.

Другие работы автора

1. Демократия как справедливостьhttps://openrussia.org/user1068465/posts/14/

2. Россия вместо мордораhttp://activatica.org/blogs/view/id/6738/title/rossiya-vmesto-mordora

3. На смерть либерализмаhttp://activatica.org/blogs/view/id/7345/title/na-smert-liberalizma

4. Гипноз Гайдараhttp://activatica.org/blogs/view/id/9093/title/gipnoz-gaydara

5. Шанс отречься от собственной лжи

http://activatica.org/blogs/view/id/9254/title/shans-otrechsya-ot-sobstvennoy-lzhi

Уже следят 1

Комментарии


Отменить